Архив рубрики: История и истории

Мой путь на Новую Землю

Кокин Сергей Михайлович, испытатель авиационной техники и вооружения. С 1980 по 1984 год в составе экспедиции НИИАС принимал непосредственное участие в организации и проведении испытаний на Новой Земле авиационной техники и вооружения на стойкость к поражающим факторам ядерного оружия. Член Московского союза новоземельцев. Награжден знаком «Почетный член Союза новоземельцев». C 2010 года на пенсии.

Родился я в семье военнослужащего в г. Жмеринка Винницкой области (Украина) 12 октября 1946 г., где в это время располагалась войсковая часть в которой служил мой отец.

Необходимо отметить, что изначально у меня не было мыслей о Новой Земле и что я буду участвовать там в испытаниях. Но жизнь распорядилась по-другому и последовательно вела меня к этому.

В связи с тем, что отец был военным, семья часто переезжала с места на место и среднюю школу я окончил в Белоруссии (г. Заслоново).  После школы поступал в Ленинградский институт авиационного приборостроения (ЛИАП). Но попытка была неудачная и закончилась поступлением в Калининский торфяной институт (КТИ) на кафедру «машины и аппараты химических производств» (МАХП).  С 1964 года работал НИИ-2МО радиомонтажником с окладом 45 рублей.

С 1968 г. работал в лаборатории «Процессы и аппараты химических производств» в Всесоюзном научно-исследовательском институте синтетических волокон (ВНИИСВ).

После окончания Калининского торфяного института с 1970 г. служил в армии на острове Сахалин, в дивизионе, обслуживающем  ЗРК С-75.

После демобилизации работал в НИИАС, участвовал в испытаниях по безопасности использования авиационной техники (далее – АТ) и авиационного вооружения (далее – АВ) на защищенность опасных цепей (далее – ОЦ) электровоспламеняющих устройств (далее – ЭВУ)  при  воздействии ЭМП радиостанций и СВЧ излучений.

Мой путь на Новую Землю начался 16 сентября 1980 г., когда бригада института в составе: Жукова Д.Н., Кокина С.М. и других сотрудников, возглавляемая ответственным руководителем работ МАП Бочаровым В.В., кандидатом технических наук, начальником лаборатории 15-го отделения НИИАС, впоследствии доктор технических наук, профессор, Лауреат государственной премии СССР, член – корреспондент Российской академии ракетных и артиллерийских наук, заместитель начальника института, начальник филиала «Прибор», прибыла в г. Мурманск и поселилась в ДМО «Моряк». Через двое суток переехали в г. Североморск, пересели на плавбазу северного флота «Федор Видяев» или «Михаил Гаджиев» (не помню точно) и направились к Новой Земле.

При переходе в Баренцевом море попали в шторм. Корабль поднимался почти вертикально, потом опускался. Нас всех скрутило по-настоящему. Спасибо экипажу. Нам принесли н.з. – железные банки с кислой капустой, солеными огурцами, помидорами, воблой. Спирт всегда был с собой. Это нас немного спасло, так как шторм продолжался 41 час.

Оказывается, Бочаров В.В. записал в блокнот время прибытия к Новой Земле, и когда я ему позвонил, он четко мне сказал: «Шторм продолжался 41 час». Это меня очень поразило, прошло более 40 лет, а он помнит.

Через 44 часа корабль вошел в пролив Маточкин Шар, пришвартовался к пирсу и на 40 суток плавбаза подводных лодок стала нашим домом.

Пролив Маточкин Шар

Вся наша бригада получила в институте специальную одежду для работ на севере, в которую входили: костюм меховой, сапоги кирзовые, перчатки меховые, унты, костюм х/б.

На следующий день прилетел на вертолете начальник 15 отделения НИИАС Алесенко В.В. кандидат технических наук, впоследствии доктор технических наук, профессор, Лауреат государственной премии СССР, Лауреат премии правительства РФ, директор ФГУП ВИМИ

Он пришел на плавбазу вместе с членами государственной комиссии – Цырковым Г.А. и Михайловым В.Н., нас познакомили, но я не думал в то время, что с этими выдающими учеными и организаторами мне придется много работать и ощущать их помощь, не только на Новой Земле, но и на других полигонах МО при  проведении испытаний техники и вооружения.

Слева направо. Бочаров В.В., Алесенко В.В., Жуков Д.Н. Новая Земля 1980 г.

Алесенко В.В. познакомил нас со специалистами ВНИИЭФ, НИИИТ и Полигона, с которыми обсудили программу опыта «Д-80» и составили график проведения работ, в том числе с экипажем БПК «Бойкий» (командир корабля в то время был Масорин В.В., впоследствии – командующий ВМФ РФ в 2005-2007гг.).

Сотрудники ВНИИЭФ перед опытом Д-80. Первый ряд слева на право 3-й- Золотов В.А. 5-й- Людаев, 6-й -Павловский А.И., 8-й –Евсеенков И.В. Второй ряд 2-й – Биюшкин Н.П.

В обсуждении программы опыта принимали участие:

От ВНИИЭФ – Гусев Н.И., Биюшкин Н.П., Золотов В.А., Брагин Ю.Б., Кравченко А.С., Юрыжев А.С.;

От НИИИТ – Синий Л.Л., Кононенко Г.П., Евсеенков И.В., Логунов Н.И. и др.

От НИИАС – Алесенко В.В., Бочаров В.В., Кокин С.М., Жуков Д.Н. и др.

От Полигона – Зайцев В.И. (начальник  НИЧ), Цаубулин В.А. (начальник 4 отд. НИЧ) и др.

От ПЗ МО – Невзоров В.А. (в/ч 31851), а также другие представители промышленности.

Бригады испытателей и члены государственной комиссии размещались на теплоходе «Татария».

В опыте «Д-80» облучению и динамическому воздействию от ударной волны ВМГ подвергался БПК «Бойкий», стоящий на причале в проливе Маточкин Шар, на борту которого размещались изделия АВ и АТ.

Бочаров В.В. отвечал за технические и организационные вопросы. Я — за взрывоопасные цепи АВ и  АТ и защите их от воздействия электромагнитного импульса (ЭМИ). Жуков Д.Н. – за динамическое воздействие ударной волны и вибрационные нагрузки.

После осмотра размещения АВ и АТ на палубе корабля, было принято решение, часть устройств инициирования расположить на вертолетной площадке, около вертолета Ка25ПЛ. Я быстро от руки написал данное Решение, которое тут же утвердил руководитель работ Зайцев В.И.

На фотографии ниже представлен этот уникальный документ, составленный буквально «на коленке», со всеми подписями.

На вертолетной площадке БПК воспроизводили условия, возникающие при подготовке изделий ПЛАБ-250-120, АТ-1М, ЗБ-500 к боевому применению вертолета Ка-25ПЛ.

Изделие объектов 4К91 было поставлено на испытания со штатным пиропатроном в цепи пиросвечи СД. В другом изделии была установлена специальная сборка с импульсным датчиком тока (ТИ).

Авиационные изделия С-5, С-8А, С-24 были закреплены на палубе по правому борту со штатными пиропатронами.

После размещения АВ и АТ на корабле, наша бригада совместно с НИИИТ и ВНИИЭФ проложили измерительные кабели в металлических коробах к регистраторам С9-4А, установленных в измерительных комплексах ПАУ-1 и УПС-4.

Наведенные токи в опасных цепях пиросвечи СД, а также отдельных авиационных изделий С-5, С-8А, С-24 измерялись по методике НИИИТ.

С помощью взрывающихся проволочек имитировался электромагнитный импульс ядерного взрыва и его воздействие на опасные цепи АВ, а также на работающую технику  «Бойкого».

Когда мы прокладывали металлические короба с кабелями связи от БПК к измерительным комплексам, я познакомился с Биюшкиным Н.П. – впоследствии Генеральный директор  издательства «Армада-Альфа», кандидат технических наук.

Одеты были все одинаково – в черные меховые куртки, черную робу, кирзовые сапоги. В робе, в специальном кармане находился черный дозиметр КИД-1. Где начальники, где подчиненные было не разобрать.

Я спросил у Николая: «Кто у вас всем руководит?». «Да вот рядом с тобой работает наш начальник отделения Павловский А.И.», — ответил он. «А у нас Алесенко В.В. – тоже начальник отделения».

Так я познакомился с выдающимся ученым, но это я узнал гораздо позже, когда поехал в командировку в Арзамас-16, и когда Алесенко В.В. защищал докторскую диссертацию, а я его привозил из дома в институт.

Павловский А.И. был официальным оппонентом на докторской диссертации Алесенко В.В.

Это был первый опыт с применением взрывомагнитных генераторов (далее – ВМГ) в устройствах для проведения натурных работ крупных объектов на воздействие мощных импульсных электромагнитных полей в больших объемах.

От результатов опыта «Д-80» зависели дальнейшие разработки устройств на базе ВМГ, в частности для подавления и вывода из строя радиоэлектронных приборов и т.д.

Особенностью проведения опыта было  то что он проводился одновременно с ядерными испытаниями в штольне и всеми работами руководила единая  Государственная комиссия в которую  входили известные ученые и государственные деятели из Министерства обороны и ВПК.

Общее руководство государственной комиссией  осуществлял  Цырков Г.А. – начальник 5-го ГУ МСМ, доктор технических наук, герой Социалистического труда, лауреат Ленинской премии СССР и двух Сталинских премий (1951, 1953 гг.), участник испытаний первой советской атомной бомбы.

Заместителем руководителя государственной комиссии был Михайлов В.Н. – доктор технических наук, главный конструктор НИИИТ, лауреат Ленинской премии СССР, создатель системы измерений быстропротекающих процессов для обеспечения подземных ЯВ, впоследствии Министр Министерства атомной промышленности, академик РАН.

Павловский А.И. – руководитель сектора (отделения) ВНИИЭФ, доктор физико-математических наук, лауреат Сталинской премии (1953 г.) за создание первого советского заряда РДС, лауреат Ленинской премии СССР  1963 г., герой Социалистического труда, член — корреспондент Академии наук СССР, впоследствии – академик РАН (1991 г.).  Под его руководством и при его непосредственном участии созданы магнитокуммулятивные генераторы (МК-генераторы) импульсных полей и проведены в этих полях физические исследования – сжатие магнитного потока направленным взрывом.

Шитиков Е.А. – председатель государственной комиссии по «Д-80», начальник 6-го Управления ВМФ, контр-адмирал, доктор технических наук.

Кострицкий С.П. – заместитель председателя государственной комиссии по «Д-80», начальник Полигона, контр-адмирал.

11 октября 1980 г. в день «Ч» все суда, обеспечивающие испытания отошли от причалов и встали в проливе Маточкин Шар в районе выхода в Баренцево море.

При проведении натурного опыта «Д-80» были измерены импульсные токи в ОЦ АВ, а также нагрузки от  ударной волны и импульсные напряжения в корабельном и авиационном оборудовании.

Привожу цитату из воспоминаний капитана 1 ранга Цаубулина В.А. – начальника 4 — ого отдела НИЧ из книги «Наша Новая Земля» …»:     «В 1979 г. 4-му отделу была поставлена задача на 1980 г., связанная не только с проведением стандартных  штольневых измерений на объектах А-25 и А-30, но и с проведением облучательного опыта «Динамики-80», который в практике работ Новоземельского полигона не имел аналогов.

Прежде всего, надо было провести научно-исследовательскую проработку всего комплекса вопросов с целью обоснования постановки и практической подготовки проведения натурного испытания функционирующих систем корабля на радиационную стойкость на акватории при облучении полем ядерных излучений источника, работающего в режиме «опытов «Динамика-80» и «Динамика-83».  Причем источник, облучая натуральный объект с параметрами потоков и интенсивностей ядерных излучений, близких к поражающим, не должен был наносить ему повреждений другими факторами.

Программа работ на полигоне в 1980 г. на штольнях А-25 и А-30 предусматривала синхронизацию операций и практически их одновременную работу к ГПР-ГР и «Ч» и боевую работу от «одной кнопки». Начало заключительных операций укладывалось с периодом течений в проливе таким образом, чтобы в момент установки гидродинамической защиты скорость течения максимально падала, а к моменту «Ч» течение менялось на обратное — из Баренцева моря в Карское.

Подготовка сложнейшего комплекса объектов «Динамика-80» была осуществлена совместными усилиями Полигона, ВНИИЭФ, НИИИТ, войсковой части 70170 и ряда организаций промышленности.

Это было первое масштабное натурное испытание корабля, проведенное на Новоземельном полигоне после 1958 г.»

20 октября 1980 г. командировка на Новую Землю закончилась. Бочаров В.В. улетел из Рогачева.

После написания экспресс — отчета вся бригада НИИАС ушла на плавбазе в г. Североморск.

По приезду в Москву было написано письмо командиру в/ч 31100 Шитикову Е.А. следующего содержания: «В соответствии с выводами «экспресс – отчета» по работе «Динамика — 80», утвержденного Вами 19.10.1980 г., было представлено проведение проверок техники после испытаний с использованием контрольно-проверочной аппаратуры организациями, которые поставляли эту технику на опыт.

Прошу Вашего содействия в ускоренном выполнении этих работ и направлении протоколов проверок в адрес нашего предприятия.

Заместитель начальника института – Базазянц С.И.»

Вначале 1983 г. в 15-ом отделении НИИАС был создан сектор, отвечающий за организацию и проведение крупномасштабных натурных испытаний АВ и АТ на ядерных полигонах МО.

Возглавил его кандидат физико-математических наук  Масалов В.И., впоследствии Лауреат премии правительства Российской Федерации, заместитель директора ВИМИ, с которым я участвовал в двух натурных опытах  «Динамика-83» и «А-100» на полигоне Новой Земли.

В секторе работали: Морозов А., Гребенникова Г.В., Григорьева О.М., Волженский В.И., Рыбин П.Ф., Серебрянников А.А., Нестерова Г.В.

В секторе формировалась общая программа испытаний АВ и АТ МАП на стойкость к поражающим факторам ядерного оружия.

В 1983 г. бригада НИИАС в составе:

— Алесенко В.В. – ответственный руководитель работ экспедиций МАП, член Государственной комиссии;

— Масалов В.И. – руководитель экспедиции НИИАС;

— Кокин С.М. – ответственный за испытания ОЦ АВ и АТ в опыте «Динамика-83», руководитель группы заключительных операций и  снятия материалов регистрации после опыта (ГЗО);

— Варнавский Л.В. – испытатель измерительных систем, член группы ГЗО;

— Суворов В.А. – слесарь-испытатель;

— Артемов Т.Г. – механик ,

вылетела из аэродрома «Остафьево» на «Ан-12» на Новую Землю.

Приземлились в Рогачево, далее добрались до Белушки, где поселились в гостинице. Всем выдали талоны на питание в столовой.

После акклиматизации, вертолетом прилетели в поселок Северный. Мы с Масаловым В.И.  разместились на теплоходе «Буковина» в каюте 2 класса.

На теплоходе также поселились члены государственной комиссии  Цырков Г.А., Михайлов В.Н., Алесенко В.В. и др.

Гостиница испытателей «Белый теплоход»

Остальные испытатели НИИАС и предприятий-разработчиков АВ и АТ разместились в гостинице на берегу пролива Маточкин Шар.

Команду НИИИТ возглавлял помощник Михайлова В.Н.- Логунов Н.П.

Синий Л.Л., Кононенко Г.П., Евсеенков И.В. занимались измерениями и подготовкой измерительных комплексов, а также работали с другими испытателями.

Логунову Н.П. беспрекословно подчинялись не только на работе, но и на теплоходе, который был укомплектован полностью мужским коллективом испытателей, никаких разборок и эксцессов не было.

В опыте «Динамика-83», как и в работе «Д-80» проводилось натурное испытание функционирующих систем БПК «Бойкий» на радиационную стойкость.

Корабль стоял у причала в проливе Маточкин Шар. Между причалом и кораблем на специальном плоту находился контейнер «Колба», в котором размещался источник излучения, работающий в режиме НЦР. Источник гамма — нейтронных излучений, облучая объект с параметрами потоков и интенсивностью ядерных излучений, близких к поражающим, не наносил ему повреждений другими факторами.

Подготовка к испытаниям. БПК «Бойкий». Пролив Маточкин шар, Новая Земля 1983 г.

В носовой части корабля размещался палубный штурмовик вертикального взлета Як-38 с комплексом вооружения.

Вертолет Ка-25ПЛ с вооружением размещался на пирсе. АВ и АТ размещалось на корабле и на пирсе.

Измерительные комплексы находились на пирсе.

Команда корабля перед опытом перенесла на теплоход «Буковина» продукты питания. Мы познакомились с командиром БПК «Бойкий» Тепловым Б.Л., капитаном 3 ранга. Позже вместе с Масаловым В.И.  отмечали около двух суток День Военно-морского флота (29 июля 1984 г.) на БПК «Бойкий», куда нас отпросил у Алесенко В.В. командир корабля, и когда Алесенко В.В. просил вернуть нас  на теплоход, Теплов Б.Л. отвечал: «Штормит, катер отправить не могу».

В конце мероприятия в присутствии офицеров корабля в кают-компании Теплов Б.Л. вручил нам Знак корабля и фотографию БПК «Бойкий» с дарственной подписью.

В день «Ч» часть команды перешла на теплоход «Буковина», который ушел в Баренцево море в район выхода из акватории на безопасное расстояние.

Остались на месте проведения опыта аварийно-спасательная группа специального назначения (АСГСН) БПК «Бойкий» и группа снятия информации.

БПК «Бойкий».

После проведения работ «Ч» сотрудники полигона проводили замеры радиации и допускали группу снятия информации на безопасное время на пирс. Вся группа, одетая в костюмы химзащиты, в противогазах распечатывали АК на пирсе, снимали пленки с регистраторов и передавали их сотрудникам полигона, которые вертолетом доставляли их в Белушку для обработки материалов физических измерений. Проявлением пленок занимался мичман Фомин А.Я. Он же делал фотографии для экспресс — отчета.

Очередной свой день рождения я отмечал (12.10.1983 г.) после окончания работ в ресторане теплохода. По этому поводу шеф повар теплохода приготовил отбивную оленину, мы плеснули спирт, потушили свет, подожгли и выпили за успешную работу, за здоровье всех присутствующих и конечно за меня. Коллеги вручили мне поздравительное стихотворение.

После написания экспресс — отчета бригада НИИАС вылетела в Москву на самолете «Ан-12» вместе с сотрудниками организаций, участвовавших в Опыте, и с изделиями МАП, которые также были погружены в самолет.

В испытаниях участвовали от полигона – начальник 4 отдела капитан 2 ранга В.С. Аванесов, капитан 3 ранга Думик В.П., Семенов А.Д., Колесников А.И., Касаткин Н.В., Тихане Н.О., Варгатый Е.В. и др.

Вице-адмирал Чиров В.К. – член государственной комиссии.

В 1984 г. НИИАС со всей ответственностью готовился к проведению натурного опыта «А-100». Общее руководство в подготовке и проведению работ было возложено на 15-ое отделение.

Начальник отделения Алесенко В.В. являлся членом государственной комиссии Опыта «А-100».

До отъезда в командировку мы с  Масаловым В.И. доложили Алесенко В.В., что ещё в 1983 г. офицеры в Белушке просили нас привезти пиво на Новую Землю.

Алесенко В.В. позвонил по своим каналам и дал мне записку на получение 4 –х ящиков Чешского пива. В то время это был страшный дефицит.

Я поехал в район метро «Маяковская», нашел этот «спецмагазин», отдал записку продавцу и получил 4-е ящика пива, которое мы доставили на Новую Землю (это был наш «золотой запас»).

К сектору Масалова В.И. подключился Максименко В.В., который разработал методику расстановки изделий МАП на приустьевой площадке  (ППА) облучающий штольни «А-100» в соответствии с требованиями ГОСТ «Мороз-5».

Была готова общая программа испытаний АТ И АВ на стойкость к поражающим факторам ЯВ, согласованная с разработчиками и утвержденная МАП.

Для работ на Новой  Земле НИИАС получил аппаратный комплекс СГ-16 АЭ с СУПИ-15, который мы укомплектовали осциллографами С9-4А и другой аппаратурой, необходимой для проведения работ, а также автобус ПАЗ — северный вариант.

Потом совместно с НИИИТ грузили их на железнодорожные плат- формы в Москве. Состав шел в г. Мурманск, перезагружался на «БМСТ Яуза» и доставлялся в пролив Маточкин Шар в поселок Северный.

Вся бригада получила спецодежду и обувь для работы на Севере.

Я передал в НИИИТ импульсные датчики тока для калибровки. До отъезда в командировку получил «калибровку измерительных преобразователей тока», которую мне передал сотрудник НИИИТ — Гандельман Ю.Г. В конце он написал: «P.S. Содрано с оригинала Юрием Григорьевичем. Прошу учесть и подпись».

Я, естественно, это учел уже на  теплоходе «Татария».

Эти преобразователи устанавливались в изделия разработчиков АВ в опыте «А-100».

Летом 1984 г. экспедиция НИИАС вылетела спецрейсом из «Остафьево» на Новую Землю.

В нее входили:

— Масалов В.И. – ответственный руководитель работ от МАП;

— Кокин С.М. –руководитель экспедиции НИИАС, руководитель группы заключительных операций и снятия материалов регистрации, ответственный за испытания ОЦ АВ и АТ;

— Серебряников А.А. – инженер;

— Варнавский Л.В. – испытатель измерительных цепей АК СГ-16 АЭ, член группы заключительной операции (далее – ГЗО) и снятия материалов регистрации;

— Суворов В.А. – слесарь-испытатель;

— Артемов Т.Г. – механик;

— Голубев Ю.Н. – водитель.

Сели в Рогачево, переехали в  «Белушку», поселились в гостинице,
2 -3 дня ушло на акклиматизацию, далее вертолетом  — в поселок Северный
в проливе Маточкин Шар.

Поселились на теплоходе «Татария, в носовой каюте
2 класса.

На полигоне ярко светило солнце, был полярный день. Теплоход «Татария» был полностью занят сотрудниками НИИИТ, НИИАС, членами государственной комиссии и представителями заказчика (ПЗ МО). Всего около 200 человек.

Обсудили график работ, и на следующий день начались работы по подготовке Опыта. Работали совместно с бригадами представителей предприятий-разработчиков АВ и АТ: Савченко, Сажиным, Троицким, Гуськовым, Мраморщиковым  и многими другими. От представителей заказчика – Невзоров, Алтунин, Игнатов.

Большую помощь в подготовке и проведении работ оказали сотрудники НИИИТ: Логунов Н.П., Синий Л.Л., Кононенко Г.П., Гандельман Ю.Г., Евсеенков  И.В. и др., а также сотрудники полигона: Думик В.П., Касаткин Н.В., Колесников  А.И., Сафронов В.Г., Семенов А.Д.

Вся техника прибыла в пролив Маточкин Шар на БДК (СДК) и БМСТ «Яуза».

БМСТ «Яуза» своими подъёмными средствами выгружала технику на пирс и БПК «Бойкий», а с БДК на берег технику и АВ перевозили тягачами, ГТС, на ППА штольни «А-100».

АКСГ-16 АЭ устанавливался на ППА, поднимался на домкратах с отрывом колес и заземлялся. После установки прокладывали металлические короба от кунга до автономных дизель — генераторов и к изделиям, размещенным на ППА. После сборки металлических коробов укладывали силовые кабели питания.

После подключения питания АК началась распайка разъемов, проверка и настройка регистраторов (С9-4А), установка автоматической фоторегистрации, проверялось их срабатывание, прокручивание пленок, снятие кассет с пленками.

Нашей бригаде большую помощь оказал сотрудник НИИИТ Евсеенков Игорь Васильевич. Для меня он навсегда останется супер — измерителем параметров ЯВ, а также «реакции стойкости» АВ и АТ при воздействии поражающих факторов ЯВ на моделирующих установках.

После заседания. Крайний слева Думик В.П. 4-й слева Алесенко В.В.

Бригада, в которой он участвовал, занималась калибровкой измерительных преобразователей тока. Он «привязывал» АК к изделиям и определял, как лучше защитить эту систему от внешнего воздействия поражающих факторов ЯВ. Вместе с ним мы проверяли и настраивали регистраторы таким образом, чтобы поймать импульс полностью (амплитуду, длительность, частоту) и не промахнуться. Какую задержку поставить, так как регистраторы находятся далеко от изделий.

Он предложил на более ответственных точках ставить два осциллографа с разной амплитудно-временной настройкой.

Проверял установку оптимальной яркости лучей регистраторов, установку и наладку фотоприставок.

После утверждения схем измерений, Михайловым В.Н., АК подключили к системам автоматики, и на ГПР проверялась надежность работы всей системы измерений.

Государственную комиссию возглавлял  Цырков Г.А. – начальник 5-го ГУ МСМ. Заместителем был Михайлов В.Н.

Члены государственной комиссии:

— Алесенко В.В., начальник 15-го отделения НИИАС;

— Чипиженко А.З.;

— Чиров В.К., вице-адмирал, начальник полигона и др.

После обсуждения плана совместных работ. 1-й справа Выскребенцев В,В, 2-й справа Алесенко В.В.

В редкие минуты отдыха ходили вместе в баню горняков и СМУ по приглашению Родименкова В.Н., где маленький бассейн (купель) с водой из пролива Маточкин Шар. При одном посещении ожидали члена государственной комиссии полковника Чипиженко А.З., он опаздывал. В наказание постановили прыгнуть в купель. Он разделся, окунулся в воду и как пингвин выпрыгнул на деревянный помост. Все зааплодировали, ему и налили «штрафную».

Иногда на ГТС выезжали в тундру за рогами оленей и ходили вместе в горы, искали камни с пиритами и горным хрусталем.

Рассвет в Маточкином Шаре

Часто ходили в каюту к сотрудникам НИИИТ, пели с ними песни, и Валерий Иванович исполнял на бис коронную песню «алюминиевые штаны».

И конечно всей компанией пели гимн Новоземельцам на мелодию Александра Городницкого.

«Дорогие братья и сестрицы,

Не езжайте в дальние края,

Оставайтесь в каменной столице,

Вас погубит Новая Земля,

Деньги, слава, ордена, медали,

Это бредни старого осла,

Вот в Сенегале, братцы, в Сенегале

Есть жена французского посла.

Что-то, где то рядом громыхнуло,

Разнеся неясный свет лучей,

Эх жена, любимая подруга,

Не видать счастливых нам ночей,

Не нужны ни Вали и не Гали,

На всех бабах я поставил крест,

Гамма – кванты тело пронизали,

Оставляя девственность невест».

Иногда в музыкальном салоне теплохода «Татария» организовывали вечера отдыха. (Одно из приглашений на 21 июля в 2000  за столик № 6 у меня сохранилось.)

После забивки штольни определяется день генеральной репетиции («ГР»), который проводится с учетом времени действия всей группировки участвующих в Опыте «А-100».

Все готово к испытаниям. 1984 г.

На приустьевой площадке (ППА) штольни «А-100» во время «ГР» и «Ч» находилось большое количество новых образцов АТ и АВ. Причем, многие из них работали при облучении в режиме имитации автономного полета. Также на ППА стоял вертолет с вооружением и фантомом летчика. На фантоме и на борту устанавливались датчики радиации.

БПК «Бойкий» и БМСТ «Яуза» стояли в проливе направлением на Карское море. Определялась радиационная стойкость работающей аппаратуры и других систем кораблей, а также размещенной на них АТ и АВ к поражающим факторам ЯВ.

Основная часть экипажей  БПК «Бойкий» и БМСТ «Яуза» эвакуировались на корабли, которые забирали людей, не участвующих в заключительных операциях, и отходили в район выхода из акватории в Баренцево море на безопасное расстояние.

Собаки, живущие на полигоне, чувствуя необычную ситуацию, приходили на пирс, где их сажали на корабли и теплоход  «Татария».

Оставался только состав аварийно — спасательной группы (АСГСН).

На «ГР» работает группа заключительных операций. На ППА проводится проверка командных сигналов автоматики, прокручиваются фотоприставки, тумблеры переводятся в рабочее состояние.

Наша группа опечатывает АК. Одновременно проверяется готовность изделий к работе в режиме «Ч».

Затем покидаем ППА и направляемся на КПА. Начинается репетиция боевой работы.

После отработки всей программы автоматики, группа направляется на ППА. АК распечатывается, проверяется протяжка пленок, кассеты вынимаются и отдаются на проявление мичману Фомину. После этого кассеты перезаряжаются, устанавливаются на регистраторы АК, опечатываются и подготавливаются к «Ч».

Все ждали циклона, который перемещался с запада на восток, и решения государственной комиссии на проведение Опыта «А-100», «Д» и «Ч».

И этот момент наступил 26 августа 1984 г.

Это был самый масштабный натурный опыт МАП на стойкость АТ и АВ и их носителей (БПК «Бойкий» и БМСТ «Яуза») к поражающим факторам ЯВ.

После окончания работ и написания экспресс — отчета, мы с Масаловым В.И. и бригадой НИИАС возвратились на теплоходе «Татария» сначала в порт Архангельска а затем поездом в Москву.

Вот что писал об  этих испытаниях генеральный конструктор ОАО ГосМКГ «Радуга» И.С. Селезнев в журнале  «Вестник авиации и космонавтики» № 5 2006 г. сентябрь — октябрь. Специальный выпуск 60 лет ГосНИИАС.

Статья И.С. Селезнева

В период с 1981 по 1992 гг. я принимал непосредственное участие в методическом обеспечении и проведении испытаний АТ и АВ на стойкость к воздействию электромагнитного импульса ядерного взрыва на моделирующих установках. Принимал участие в специальных испытаниях летательных аппаратов «ИЛ-18», «23-12», «9-12», «9-12К», «Т-10», «Ми-24» с комплексом вооружений, возглавлял комплексные бригады с предприятиями-разработчиками летательных аппаратов и представителями заказчика Министерства обороны.

Общая программа работ разрабатывалась в НИИАС и утверждалась в МАП.

В 1992 году я был переведен на должность начальника отдела ВИМИ

Но время течет неумолимо. Многие с которыми я работал стали пенсионерами, а некоторых уже нет. Незаметно подошло время и мне уходить на заслуженный отдых. И с 2010 года я пенсионер.

От своих товарищей я узнал что создана организация  «Московский союз новоземельцев», объединяющая тех кто служил, жил и работал на Новой Земле. Я, как и Масалов В.И., стал членом этой организации. Мы часто встречаемся, вместе преодолеваем возникающие трудности. Жизнь продолжается несмотря на пенсионный возраст.

Поздравление с Юбилеем Масалова В.И. Москва, ВИМИ.
год. Перед открытием конференции Московского союза новоземельцев

Даты-события-свершения эпохи Петра Великого (2022 год)

автор статьи вице- адмирал Ярыгин В.С.

«О личной славе не тщусь, Слава Отечества превыше всего»!

Романов Петр Алексеевич Император Всероссийский Отец Отечества Петр Великий (09.06.1672- 08.02.1725 гг)

В ночь с 8 на 9 июня 1672 года (350 лет) в Московском теремном дворце, у родителей царя Алексей Михайловича Романова и мамы Натальи Кирилловны Нарышкиной, родился мальчик.

29 июня 1672 года — в день Святых Петра и Павла, родившийся 9 июня мальчик был крещен, в Чудовом монастыре города Москвы протопопом Андреем Савиным и наречен Петром.

В 1676 году царем Романовым Алексей Михайловичем для детских забав царевича Петра, из деревенских мальчишек, сверстников царевича, был создан полк.

В 1676 году — у царевича Петра умер отец Алексей Михайловича, им стал заниматься брат отца Федор Михайлович, вступившим на царский престол. По его повелению, на территории Кремля был вырыт пруд, плотники построили несколько детских судов, для Петра и спустили их на воду.

В 1682 году – (340 лет) в Успенском соборе Москвы братья Иван и Петр были венчаны на Русское царство, Иван стал 1-м, а Петр 2-м царем России, управление государством приняла на себя, первая жена Алексей Михайловича, мать Ивана царица Софья Алексеевна.

В 1685 году из сверстников сел Преображенского и Воробьева, царем Петром создано «потешное войско», проводящее регулярно маневры по селам Подмосковья и освоение морских судов, перевезенных из Кремлевского пруда на  реку Яузу.

В 1686 году, на Яузу привези еще два купленных судна и лодки, это были новгородский  парусно-гребной «шняк», струг и лодки, на них обучался морскому делу  царь Петр и потешные.

В 1686 году царь Петр, ввел в состав потешного полка артиллерию, для чего из Пушкарского приказа было доставлено 16 – пушек, их обсуживали взрослые солдаты-пушкари.

В 1687 года 11 мая,  (335 лет) –  на Плющеевом озере Переславля-Залесского был спущен на воду первый корабль «потешной флотилии»,  построенный  Петром I и солдатами  полка.

В 1688 году(334 года) в амбаре подмосковного села Измайлово царь Петр обнаружил маленький ботик «Святой Николай», построенный в Англии. Поручил плотнику  голландцу Карштену Брандту отремонтировать, оснастить ботик и спустить на реку Яузу.

В 1689 году(333 года) во время бунта стрельцов, попытке царицы   Софьи покончить со вторым царем Петром и захватить трон, помешал  Стрелецкий полк и потешные. Они встали на защиту 2-го царя, в 17-и летнем возрасте  Петр, преодолев сопротивление царицы Софьи и стрельцов, занял царский престол и стал себя называться  «Петром – Первым».

В 1689 году 6 февраля(333 года) по настоянию матери царя Натальи Кирилловны, состоялась свадьба, вступившего в царствование Романова Петра Алексеевича и Евдокии Лопухиной.

В 1691 году – (331 год) в двух подмосковных селах, где были расквартированы потешные, по приказу Петра I были сформированы Преображенский и Семёновский полки, они стали первыми частями российской лейб-гвардии.

Лето 1691 года, для вновь созданных царем полков было, посвящено их обучению,  вначале они проводили  ученья в присутствии царя Петра,   два месяца длились маневры вокруг Москвы. С их окончанием, из  Троицкой Лавры  полки прибыли в  Переяславль.  Присутствовали на верфи при  спуске судов флотилии и впервые были распределены на учебные корабли, исполнять  должности  матросов.

В 1692 году 11мая(330 лет) на Плещеевом озере, впервые проводились морские маневры со стрельбой из пушек, созданной потешной уже не детской флотилией. К этому времени флотилия насчитывала около ста различных кораблей и судов, её флагманом был фрегат «Марс» (историки считают, что дату 11 мая 1692 года надо считать днем создания военного флота России).

В 1693 году 7 августа – (329 лет) Петра I впервые прибыл  в Архангельск, на остров Соломбала, где повелел заложить,  государственную судостроительную верфь, построить в устье Северной Двины  Новодвинскую крепость. Заложил на верфи первый корабль «Святой апостол  Павел». На следующий 1694 год, построенный корабль впервые вышел в море  под Российским морским флагом. По повелению Петра I, это  был бело-сине-красным флагом с золотым двуглавым орлом в центре.

В 1694 году – октябрь – (328 лет) Петр I провел первые крупные сухопутные военные учения, созданных полков, Кожуховские маневры. Это были проверка их боеспособности, отработанности взаимодействия и тактической слаженности, с использованием артиллерии и военных инженеров.

В 1696 году(326 лет) по повелению царя поход русской армии, при поддержке кораблей флота на Азов. В мае, осажденный турецкий гарнизон после многочасовой бомбардировки,  не дожидаясь штурма, капитулировал.

В 1696 год 2 апреля – (326 лет) спущена на воду, строящиеся под руководством царя,  головная галера «Принципиум», на её борту  10 мая  лично царем Петром,  был подписан первый документ по использованию  сил военного  флота  «Устав по галерам».

В 1696 году в октябре — (326 лет)  по предложению Петра I, боярская дума приговорила: (приняла Указ) «Морским судам быть», началось строительство кораблей  для  Азовской флотилии.

В 1697 году — (325 лет) царь Петр I впервые, в составе, «Великого посольства» отправляется в Европу, посетил города Пруссии, Голландии, Англии и империи Габсбургов. Он прилежно изучал науки и искусство Европы и местные традиции. Учился проектировать и строить корабли, познал военные специальности, стал бомбардиром, в совершенстве освоил   14 специальностей, стал первым дипломированным специалистом России.

В  1697 году — (325 лет) с началом строительства военных  кораблей Петром I, вводится корабельный флаг, это было полотнище состоящее из трех   равнозначных по размерам полос,  белая, синяя и красная, их цвета  символизировали благородство, верность, честность, целомудренность, мужество и смелость.

В 1698 году 11 декабря(324 года) «Для заведования военными чинами русского флота из иностранцев», по повелению царя создан Воинский морской приказ, для набора на корабли иностранцев.  Позднее его функции расширились, и он стал заниматься подбором, обучением, распределением, русских специалистов на военном флоте. Дата,  создания Воинского приказа, стала  днем образования кадрового органа  военного флота России. Воинский Морской приказ был отдан в подчинение генерала и воинского комиссара графа Федора Алексеевича Головина.

В 1698 году декабрь — (324 года) в России по повелению Петра I была, учреждена  высшая государственная  награда  России — орден «Святого апостола Андрея Первозванного», ставший высшей наградой Российской империи на долгие столетия – вплоть до 1917 года.

В 1699 году 11 декабря(323 года) Петр I учредил Андреевский флаг в качестве официального флага Российского военного флота. Главное корабельное знамя представляло собой белое, прямоугольное полотнище, пересеченное по диагонали из угла в угол двумя голубыми полосами, которые образовывали косой крест. Свой выбор царь объяснил тем, что именно от апостола Андрея Первозванного Русь впервые приняла святое крещение, и он стал её небесным покровителем.

В 1699 году Петр I, решил создать постоянную профессиональную армию на регулярной основе, вместо дворянского ополчения времен      Ивана III, стрельцов времени Ивана Грозного.

В декабре 1699 года — (323 года) Петр I, ввел в России новую систему летоисчисления и календарь. Раньше год начинался с 1 сентября, а счет велся «от Сотворения мира», по указу новый год в России наступил 1 января 1700 года от Рождества Христова.

К весне 1700 года (322 года) — «Кумпанствами» на Воронежских верфях, для Азовского флота было построено 40-парусных кораблей, 113-гребных судов, Азов был взят, а в июле, после переговоров был заключен мир, Азов стал русским. Отсутствие на юге у России полноценного флота не дали возможности  иметь свободный  выход в Черное море через Керченский пролив, он остался под контролем Османской империи.

В 1700 году  августе, заключив  мир на   30 лет с Османской империей.

Россия, в конце августа объявила  войну Швеции, началась Северная война, длившаяся 21 год.

В 1700 году в сентябре, (321 год)  русская армия, впервые выступила в военный поход на Нарву.  Командовал армией, саксонский фельдмаршал  герцог де Круа.  В ноябре под Нарвой, русские  войска потерпели поражение. Командующий вместе со штабом, состоящий из иностранцев, ещё до начала сражения,  сдался Карлу XII. От полного разгрома русскую армию спасли стойко, оборонявшиеся  лейб-гвардейские петровские полки  Преображенский и  Семёновский.

В 1701 году 10 января,  состоялся Указ, которым было велено на Новом Пушечном дворе:  «…построить деревянные школы, и в тех школах учить пушкарских и иных посторонних чинов людей детей их словесной и письменной грамоте и цифири и иной инженерной наукам…», было положено начало подготовки  корабельных артиллеристов.

В 1701 год 21 января, (321 год) — издается  Указ в котором царь указал: «… быть Математических и Навигацких, то есть мореходных, хитростно наук учению». Указом, были заложены основы государственной политики в области морского-военного образования, положено начало государственного образования. Указ ускорил, открытие школы переводчиков при Посольском приказе, и начала обучения  медиков в первой госпитальной школе  Москвы.

В 1701 году 25 июня —  отбито нападение на Архангельск шведской эскадры с десантом  в составе: яхты, 2 — фрегатов и 4- линейных кораблей с десантом. Победе способствовал героизм лоцманов  Ивана Седунова (Рябова) и Дмитрия Борисова, которые посадили на мель яхту и фрегат напротив недостроенной Новодвинской крепости.

В 1702 году в октябре, (320 лет) – русской армией совместно с кораблями флота, героическими действиями десанта под руководством полковника Семеновского полка Голицина Михаила Михайловича, отвоевана русская крепость Орешек, захваченная шведами в 1612 году. С этой победы Россия начала успешно: «Прорубать окно в Европу».

В 1702 году в январе  – Указом царя  в Москве на Новом Пушечном дворе, создана  артиллерийская  и  инженерная  школа  для  офицеров.   Основным  способом  получения  должности  и  звания  на  военном  флоте становится служба, с матроса, независимо от сословия.

В 1703 году 18 мая — (319 лет) с захватом в абордажном бою двух шведских судов под командованием Петра I, был основан Балтийский флот. За эту победу Петру I было присвоено воинское звание контр-адмирал. На верфи, началось  строительство в России, первого  парусного  фрегата «Штандарт». Для обороны побережья и Невы, заложены порт-крепость Кронштадт и крепость Кроншлот.

В 1703 году 27 мая — на отвоеванных у шведов землях, на берегу Невы Петром I был т заложен «Санкт Петербург». Его строительство началось с возведения  Петропавловской крепости на Заячьем острове в дельте Невы.

В 1705 году шведский флот попытался высадить десант на остров Котлин и захватить Кронштадт. После пушечной баталии и ожесточенной рукопашной схватки шведский десант был сброшен в море. Подошедшая русская эскадра вынудила шведские корабли отступить к своим базам.

В 1705 году — (317 лет) в России Петром I впервые, для всех сословий, была введена рекрутская повинность (военная служба): от крестьянских дворов посылали на пожизненную военную службу солдат-рекрутов из расчета, одного человека от 20, 25 или 50 дворов.

В 1705 году 16 ноября(317 лет) указом Петра I, впервые на военном флоте, создан морской полк, положивший начало морской пехоты России. Он состоял из 2-х батальонов, 5-и рот, насчитывал 45-офицеров, 70 — унтер-офицеров, 1250 — рядовых.

В 1708 году 8 июля(314 лет)  под руководством Петра I была одержана решающая победа русской армии под Полтавой. Царь лично руководил битвой, в бою его шляпа была прострелена, вторая пуля попала в крест на груди, третья была найдена после сражения в арчаке седла. Значение Полтавской победы было огромно, после поражения Россия, захватила стратегическую инициативу  при ведении Северной войны.

В 1708 году в октябре,  шведский корпус, пытался захватить Санкт-Петербург. В ходе ожесточенных боев гарнизон, отразил нападение. Несмотря на все попытки шведов выбить русское войско с занимаемых позиций, овладеть городом, не удалось. Это была, последняя  попытка шведов овладеть Санкт-Петербургом.

В 1708 году, по повелению Петра I в России, началась первая административная реформа, были ликвидированы территориальные приказы. Страны поделена на уезды, губернии и провинции. Стало возможным  управление в стране по вертикали: царь — губернатор — воевода — земский комиссар.

В 1711 году в результате неудачно, закончившейся для России военной компании на юге, созданный Азовский флот и место его базирования, были ликвидированы.

В 1711 году Указом в Санкт — Петербурге учрежден Сенат, высший орган государственной исполнительной власти. Сенат просуществовал по 1917 год. Он стал один из важных и влиятельных институтов в системе светской государственной власти Российской Империи.

В 1712 году(310 лет) Санкт-Петербург по повелению царя Петра I стал столицей России. Он к этому времени стал  городом, который итальянский путешественник Франческо Альгаротти назвал «окном, через которое Россия смотрит на Европу». Поэт  А.С. Пушкин писал: «Природой здесь нам суждено. В Европу прорубить окно, ногою твердой стать при море».

В 1714 году — (310 лет), по повелению  Петра I,  в Санкт-Петербурге при Адмиралтействе была основана «Кунсткамера», ставшая позднее в России Военно-морским музеем.

В 1714 году 7 августа(308 лет), под командованием Петра I началось Гангутское морское сражение, закончившаяся разгромом шведского флота. Победа у полуострова Гангут обеспечила русскому флоту свободу действий в Финском и Ботническом заливах. Военные корабли могли, оказать поддержку русским сухопутным силам и наносить удар по побережью Швеции. Петр I, повелел приравнять эту победу по значимости к великой Полтавской битве.

В 1714 году, по повелению Петра I в губерниях России открыли цифирные школы. Обучаться грамоте и арифметике там могли дети всех сословий, кроме семей крепостных. Преподавали цифирных школах, выпускники Школы математических и навигацких наук.

В 1714 году, по повелению  Петра I, введено обязательное образование для дворян России, запрещено производство в офицерское звание, если до этого они не прошли службу в армии (флоте) простым солдатом (матросом).

В 1715 году, 1 октября (307 лет) по указу Петра I, в Санкт-Петербурге  создается «Морская академия» или «Академия морской гвардии», она  разместилась  в домах генерал-адмирала Ф.М. Апраксина и А.В. Кикина в Адмиралтейской слободе, на берегу Невы. Начальником, открывшейся   академии, назначен  сподвижник Петра I  А.А. Матвеев.

В 1715 году — по повелению Петра I, и под его непосредственным руководством, началась  работа по подготовке к созданию «Русского свода морских военных законов», «…что касается доброму управлению в бытность флота на море».

В 1716 году, (306 лет) — Петром I, введен для сухопутной армии «Устав воинский сухопутный», он впервые утвердил требования к военнослужащим, права и обязанности, ввел Воинскую присягу, ритуал её приема, систему поощрений и наказаний.

В 1720 году в январе(302 года) Петром I утвержден, для военного флота России: «Устав морской» — «…дабы всякий знал свою должность и неведением никто бы не отговаривался». Устав на долгие годы, стал   документом, заложившем  славные морские традиции, которым моряки ВМФ верны и сегодня. Введенные на военном флоте: «Устав морской», требовал,  от военных моряков от матроса до адмирала  защиты Родины: «со всяким тщанием и ревностью».

В 1720 году,  Указом Петр I,  закрепил право каждого старшего офицера на получение дворянского патента и передачи дворянского титула по наследству. Это означало, что благодаря своим талантам и проявленному в реальных условиях мужеству и героизму человек честно зарабатывал право на переход в иное, более высокое сословие.

В 1720 году 7 августа(302 года) у острова Гренгам Балтийского моря состоялась вторая важная военная  баталия Гренгамское морское сражение, которая стала последней в Великой Северной войне. Русский флот победил, у шведов не стало военного флота, королева Швеции, вынуждена была начать с Россией мирные переговоры.

В 1721 году в России, была закончена административная реформа, вместо 44-х органов центрального управления государством (приказов), создано 11 коллегий. Первыми из них стали коллегии: иностранных дел, военная и адмиралтейская — они ведали дипломатией, делами армии и флота.

В 1721 году 10 сентября(301 год) между Россией и Швецией был заключен Ништадский мир, завершивший 21-летнюю Северную войну.  Россия,  получила выход в Балтийское море, присоединив часть Карелии, Эстляндию, Лифляндию,  стала Великой европейской и морской державой.

В 1721 год декабрь —  Россия став  морской державой, имела три флота,    на кораблях служили опытные кадры офицеров, прошедших суровую многолетнюю школу  войны и подготовленные экипажи из русских матросов. Историки и современники, оценивая заслуги в этом Петра I писали: «Под стук топоров и грохот пушек, победное  УРААА !!! Прорубалось Окно в Европу, строился военный флот,  и укреплялась Империя Петра».

В 1721 году – (301 год) после окончания Северной войны, впервые смотр военных кораблей Балтийского флота Императором Всероссийским  Петром Великим, проводился с участием  «Бота», который получил  почетное название: «Дедушка русского флота».

В 1721 году в сентябре (301 год) — Сенат и Синод России после победного окончания Северной войны, за заслуги Петра I перед государством и народом, решили: «…принесть своё прошение к вам публично, дабы изволил принять от нас, яко от верных своих подданных, во благодарение титул Отца Отечествия, Императора Всероссийского, Петра Великого, как обыкновенно от Римского Сената за знатные дела императоров их такие титулы публично им в дар приношены и на статутах для памяти в вечные роды подписаны».

В 1721 году 2 ноября (301 год) – Петр I, по прошению Сената и Синода,  принял титул Отца Отечества Императора Всероссийского, Петра Великого, не как почетный, а свидетельствующий о новой роли Российской Империи  в Европе и международных делах. В Троицком соборе Санкт-Петербурга при большом стечении народа, произошла торжественная  коронация,  Россия стала Империей.

В 1721 году  13 января – указом Петра Великого по Адмиралтейств-коллегии в Санкт- Петербурге была основана типография при Морской академии.

В 1722 году 12 января  (300 лет) – по повелению  Петра Великого создан орган  контроля и надзора, за действиями  Сената, центральных и местных властей   России — прокуратура.

В 1722 году (300 лет) — по повелению Петра Великого, был создан Табель о рангах (свод законов о порядке государственной службы). Он включал 14 уровней военных, гражданских и придворных чинов. Требовал должности занимать не по знатности рода, а по личным способностям и знаниям.   Образование россиян, становилось  главным  в будущей карьере. Закон обязывал всех дворян проходить военную службу, без прохождения службы  невозможно было получения государственного чина.

В 1722 году 10 апреля — (300 лет), по указу Петра Великого в Санкт-Петербурге начались систематические наблюдения за погодой. В 1724 году была образована первая в России метеорологическая станция, с декабря 1725 года при Академии наук стали проводиться наблюдения при помощи барометра и термометра. В середине XIX века,  в России насчитывалось     50-метеорологических станций.

В 1722 году (300 лет) — по повелению Петра Великого издан в России свод морских административных законов «Регламент о управлении адмиралтейств и верфи, о должностях коллегии адмиралтейской и прочих всех чинов при адмиралтействе обретающихся». Вместе с «Морским уставом», «Регламент…» составил полный свод военно-морских законов, охватывающих все сферы военно-морской деятельности на море, в адмиралтействах и портах.

В 1723 году январь (299 лет) – Указом  Императора Петра  Великого  в России,  для  борьбы  с   выпуском  некачественной    военной  продукцией  на  Тульском  оружейном  заводе, был введен орган, получивший название  «Военная приемка».

В 1723 году (299 лет) — закончено строительство и освещена в присутствии Петра Великого военно-морская база в Кронштадте, город-крепость стал главной базой военного флота России и не преступной морской крепостью, на подступах к Санкт-Петербургу с моря.

В 1723 году 11 августа — впервые в городе Кронштадте  по указанию  Петра Великого  был организован праздник в честь  бота, на котором он был назван: «Дедушкой Русского флота». В 1761 году по проекту архитектора Александра Виски для хранения Петровского бота был построен в Петропавловской крепости – «Ботный дом». С августа 1940 года  бот, храниться в Центральном военно-морском музее.

В 1724 году 28 января   —  в соответствии с Указом Петра Великого начато создание Архива Адмиралтейств – коллегии, будущего Центрального архива Государственного Военно-морского музея флота.

В 1724 году, по повелению  Петра Великого  мощи благоверного князя Святого Александра Невского были торжественно перенесены в Александро- Невский  монастырь Санкт-Петербурга. Таким образом Император   освятил северную столицу России и основанную Александро-Невскую лавру, прахом любимого и чтимого на Руси святого Александра Невского.

В 1724 году декабрь (298 лет) –  Петровский военный флот России, победой закончив Северную войну,  имел в своем составе: — 32 линейных корабля, 16 – фрегатов, 8 – шняв,  85 – галер, 280 — парусно-гребных судов. За эти годы  была создана сеть военных баз и заложена инфраструктура для базирования военного флота. Главной базой являлись: Кронштадт, Санкт- Петербург, передовые базы находились в  Ревеле, Выборге, Гельсинфорсе  и Або. Император Всероссийский Петр Великий, создал Империю и сделал Россию Великой Морской державой, исполнил свой главный завет:

«Государство, которое одну сухопутную армию имеет, одну руку имеет, а которое и флот имеет и в добром порядке его содержит – обе руки имеет».

Оценить Петра Великого, пытались многие его современники. Русский историк С.Ф. Платонов, писал:

«Люди всех поколений в оценках личности и деятельности Петра сходились в одном: его считали силой. Пётр был заметнейшим и влиятельнейшим деятелем своего времени, вождём всего народа. Никто не считал его ничтожным человеком, бессознательно употребившим власть или же слепо шедшим по случайной дороге».

ДВАЖДЫ КРАСНОЗНАМЕННЫЙ БАЛТИЙСКИЙ ФЛОТ

автор статьи вице- адмирал Ярыгин В.С.

ПАРУСНЫЙ ФЛОТ БАЛТИКИ

Военный флот XXI столетия на Балтики — оперативно-стратегическое объединение Военно-морского флота России на Балтийском море. За боевые заслуги в 1928 и 1965 годах награжден орденом Красного знамени.

Флаг Балтийского флота

Старейший, современный флот Балтики начинает свою историю от времени, зарождения  военного флота в России, в этом заслуга молодого царя-реформатора России Петра I.

Император Всероссийский Петр Великий (09.06.1672-08.02.1725 гг)

В 2022 году 1 июля, выпускники ракетно-артиллерийского факультета Калининградского Высшего Военно-морского училища отметят 50-летний юбилей своего выпуска. В 1972 году выпускники, стали офицерами ВМФ СССР. Это не только год выпуска из стен училища офицеров оружейной специальности, но и 300-летний юбилей со дня рождения, реформатора, строителя военного флота России, «Прорубившего окно» в Европу, сделавшего страну Империей и Морской державой, Императора Всероссийского Петра Великого.

С принятием Приговора (Указа) боярской думой в октябре 1696 года: «Морским судам быть», национальные интересы России, потребовали,  решить триединую задачу: построить военный флот, подготовить кадры и   сформировать государственную морскую политику.

Главным, стал вопрос подготовки (специалистов) кадров для кораблей флота. По повелению царя Петра I,  возглавил подготовку кадров для военного флота, его соратник и приближенный,  генерал и воинский   комиссар Головин  Федор  Алексеевич. Он  первый в России за свои заслуги перед Отечеством был удостоенный ордена Святого апостола Андрея Первозванного.

Генерал-фельдмаршал Ф.А. Головин (1650-1706 гг)

Политика, проводимая Петром I по подготовке специалистов для военного флота, позволила в короткие сроки создать, современную  армию и военный флот. Она,  базировалась на таланте и стремлении, каждого человека — вне зависимости от занимаемого положения, социального происхождения, быть полезным Отечеству.

Поражение русской армии под Нарвой ускорило, решение вопроса по организации подготовки и комплектование военных кораблей русскими специалистами. На русские военные корабли для службы матросами первыми прибыли, отобранные  солдаты,  Преображенского  и Семеновского  полков. Используя документы и практический опыт ведения войны на море под руководством Петра I, закладывалась структура военного флота.

Парусный флот – в соответствии с общим планом ведения войны и сложившейся обстановкой на море, должен был содействовать сухопутным войскам в завоевании побережья, нарушать морское сообщение противника и защищать свои коммуникации. Корабли, объединялись в дивизии, три дивизии (авангард, центр и арьергард) образовывали эскадру.

Гребной флот— должен был способствовать решению главной задачи, при ведении войны на море или решать её самостоятельно. Он состоял из судов различных типов и назначения, на них при необходимости, размещался десантный корпус, численностью около 16 тыс. человек. Корпус, состоял, из  3-х дивизии, включал несколько полков и отрядов. Подбором, назначением и организацией обучения, служащих на военном флоте, занимались под руководством генерала и воинского комиссара Ф.А. Головин специалисты, созданного воинского приказа.  

Свои первые военные корабли Россия начала строить 1688 году на верфях Плещеева озера и Белого  моря. В 1693 году  28 сентября   Пётр I, прибыв в Архангельск  заложил на открытой им  государственной Соломбальской верфи  фрегат «Святой апостол  Павел», 30 мая 1694  года,  подрубил опоры, построенного корабля и спустил его на воду.

Первый фрегат «Святой апостол Павел»

Строительство военных кораблей для, флота на Балтике началось в первые годы Северной войны, В 1702 году на реке Сясь была основана верфь где строились первые шесть 18-ти пушечных военных кораблей и 9-и вспомогательных судов. В октябре с участием построенных кораблей, была отвоевана у Шведов, построенная на острове, у истока Невы, еще новгородцами четыре века, назад крепость Орешек.

Русская крепость «Орешек»

В январе 1703 года по Указу Петра I началось строительство фрегатов, яхт и «Каг» (одномачтовые суда голландского типа), заложивших основу будущего флота Балтики. Вскоре военный флот, добился первых успехов в войне на море.

В ночь с 6 на 7 (18) мая, 1703 года к устью Невы подошли два шведских корабля «Астрильд» и «Гедан», не оценив обстановки, обменявшись опознавательными сигналами с береговым постом,  встали на якорь. Десантниками судов гребной флотилии Преображенского и Семеновского полков, под руководством Петра I, были атакованы и в абордажном бою захвачены.  Петровские «потешные» навечно вписали свой героический подвиг в летопись русского военного флота, а  дата 18 мая 1703 года  стала днем образования Балтийского  флота России, это была первая морская победа на море, за которую Петра I, присвоили воинское звание контр-адмирала и был награжден своим первым орденом Святого апостола Андрея Первозванного.О первой победе военного флота Петровского флота России сегодня напоминает, написанная картина и выпущенная в честь первой победы медаль с надписью: «Не бываемое бывает».

Картина захват бота «Гедан» и шнявы «Астрильд»
Медаль в честь первой победы над шведами

С успешным ведением войны, завоевания территорий, началось строительство на отвоеванных землях городов и крепостей, 18 октября 1703 года Петром I, закладывается город-крепость Кронштадт. Для обеспечения безопасности, подходов к Неве, и защиты острова Котлин спешно ведется строительство, на насыпном острове  первого форта Кроншлот.

Форт Кроншлот
Парусный фрегат «Штандарт»

Был заложен и спущен на воду, первый парусный фрегат для Балтийского флота «Штандарт», название означало желание Петра Великого как можно скорее получить свободный доступ к Балтийскому морю.

Война на море требовала большого количества кораблей, в 1704 году на левом берегу Невы начали возводить Адмиралтейскую  верфь, чем было  положено начало центру кораблестроения России на Балтике. Продолжается строительство на острове Котлин города-крепости «Кронштадт. В Воронеже открывается Адмиралтейская школа, закладывается Санкт-Петербург начинается он, со строительства  Петропавловской крепости.

В 1705 году на корабли Балтийского флота начали, прибывать первые выпускники Московской «Навигацкой школы», открытой в России. Служили выпускники добросовестно, отличались храбростью в Северной войне. Многие из них, позднее  стали  соратниками царя Петра I, флотоводцами, мореплавателями, исследователями и учеными России.

Через два десятилетия, Балтийский флот насчитывал более 600 кораблей и судов различных классов, вооруженных гладкоствольной артиллерией   оружием для абордажа. Среди них были, построенные на Соломбальской верфи,  линейные 74-пушечные корабли.

Линейный 74-пушечный корабль
Гангутское морское сражение

Во время Северной войны Балтийцы, доблестно отстаивали интересы и прославляли своими подвигами и достижениями Россию. При поддержке кораблей Балтийского флота дважды было отбито нападение шведов на остров Котлин. Во время морских сражений были, завоеваны Монзундские острова, Выборг, Ревель, Рига, Або, Гельсингфорс.

Блестящей победе, одержанной военными моряками Балтийского флота при Гангуте 7 августа 1714 года Петр I, отдавал особую значимость. Впервые русская эскадра выиграла артиллерийскую дуэль в открытом море и без абордажа захватила три шведских корабля.

Эзельское сражение в 1719 году, Гренгамский бой в 1720 году,  позволили России обезопасить свои морские границы на Балтике. В ходе Северной войны русские войска и Балтийский флот, освободив от шведов устье Невы, возвратили, захваченные исконно русские земли, получили право свободного выхода в Балтийское море. Россия, с окончанием войны и заключением мира,  стала Империей и великой морской державой.

Историки современники, о времени Петровской эпохи писали: «Под стук топоров и грохот пушек, победное УРААА !!! Прорубалось Окно в Европу, строился военный флот, и укреплялась Империя Петра».

Император Всероссийский Петр Великий

Северная войны, многому научила военных моряков Балтийского флота,  указала на необходимость  создания  единого документа для подготовки экипажей кораблей и управления силами флота:«…что касается доброму управлению в бытность флота на море». О создании такого документа Петр I, задумывался давно, а в 1715 году дал указание приступить к его подготовке.

В предисловии к готовящимся «Уставу морскому» он писал: «Всякий патентант, который едино войско сухопутное имеет, одну руку имеет, а который и флот имеет, обе руки имеет». В работе по подготовке и написанию «Устава», принимали участие, и прошедшие войну моряки-ветераны Балтийского флота.

С 1720 года, экипажи военных кораблей,  изучали и руководствовались на службе требования «Устава морского» в службе: «…дабы всякий знал свою должность и неведением никто бы не отговаривался». Главным требованием ко всем, военнослужащим флота, были охрана и защита государства. Непоколебимая храбрость, стремление к победе, являлись главным требованием для экипажа в бою.

Флот продолжал войну и строился к 1721 году в составе было 32 – линейных корабля, около 100 кораблей других классов,  400 гребных судов.  Принимаемые меры, созданная системы подготовки, пунктуальное выполнение, в боевой обстановке  требований Устава,  позволили к 1725 году решить многие вопросы  по подготовке своих корабельных специалистов для воюющих экипажей. Это отразилось на ходе войны и достигнутых победах экипажей Балтийского флота в морских сражениях: Гогландском -1788 год, Ревельском — 1790 год, Выборгском — 1790 год, Эландском;  Роченсальском, Ревельском и Красногорском морских боях. Поддержка армии на приморских направлениях, совместные боевые действия при осаде  и взятии Мемеля, Кольберга, окончательно утвердили господство военного флота на Балтийском море и утвердили Россию как Империю.

Это показали жизнь и деятельность флотоводцев России, героев морских сражений адмиралов: Свиридова, Ушакова, Сенявина, Лазарева, Нахимова, Корнилова, Истомина, Макарова, Бутакова; русских исследователей, первооткрывателей  и мореплавателей – Беренга, Чирикова, братьев Лаптевых, Беллинсгаузена, Крузенштерна, Лисянского, Невельского; русских ученых Попова, Крылова, Шокальского, Можайского; писателей Соболева, Новикова-Прибой, Колбасьева; кораблестроителя Крылова, тесно связанных на протяжении жизни с Балтийским флотом.

Военным морякам Балтики принадлежат многие славные дела и поступки, прославляющие Россию: открытие последнего континента Антарктиды, первое кругосветное плавание, сотни географических открытий,  на карте России сегодня мы видим  имена адмиралов и офицеров старейшего Балтийского флота.

Моряки-Балтийцы с честью выдержали испытания, во время  Крымской войны 1853-1856 годов, им пришлось отражать нападение англо-французского флота, бомбардировавшего укрепления Гангута. Отстоять  крепости Кронштадт, Свеаборг, Ревель, отбить атаки и не дать возможность захватить столицу Российской Империи — Санкт-Петербург.

Подошел к концу славный, золотой век парусных кораблей. Самые совершенные, мощные линейные многопалубные корабли, водоизмещением  до 5000 тонн, имеющие вооружение от 30 до 135 орудий в бортовых портах (2-4 в деках), численностью экипажей до 800 человек, уходили в прошлое.

Парусный линейный корабль

ПАРОВОЙ БРОНЕНОСНЫЙ ФЛОТ

В Россию, вместе с техническим прогрессом, пришел век паровых кораблей и брони, нового оружия с более высокой ударной мощью, артиллерийского, торпедного, минного и строительства подводных лодок.

На Балтийский флот начинают поступать и осваиваться новые боевые корабли и оружие; парусно-паровые корабли 1836 год, минное оружие 1832 год, броненосные корабли 1861 год, нарезная артиллерия 1867 год, торпедное оружие 1876 год, носители минного оружия и подводные лодки 1880 год.

Принятая в стране программа, «Создания  оборонительного флота на Балтике» была выполнена к 1870 году. К этому времени в составе флота насчитывалось 23-броненосных корабля, в их числе  первый в мире башенно-брустверный мореходный броненосец «Петр Великий», водоизмещением  около 10 тыс.тонн.

Башенно-брустверный броненосец «Петр Великий»
Вице-адмирал А.А. Попов 21.09.1821-18.03 1898 гг)

Корабль построенный, в России по проекту вице-адмирала Андрея Александровича Попова, оказался удачным, поэтому был в разное время воспроизведен и усовершенствован на флотах, великих морских держав.

Во время русско-японской войны 1904-1905 годов, сформированные    эскадры Балтийского флота, совершили 18 тыс. мильный исторический переход в Японское море, в сложнейших условиях. Беспредельное мужество, героизм и самопожертвования экипажей кораблей были, проявлены в  проигранном морском сражении.

Поражение России в войне, привело к большим потерям кораблей флота, был уничтожен — 21 корабль из 38 боеспособных. Поражение заставило пересмотреть взгляды на систему боевого управления, организацию боевой подготовки и саму структуру флота. На Балтийском флоте Указом императора Николая II формируется штаб начальника Морских сил Балтийского моря, увеличивается количество выполняемых учебных и боевых артиллерийских стрельб, учений и походов кораблей.

Начались разработка, модернизация и создание новой корабельной артиллерии, боеприпасов, приборов управления стрельбой.  Пересмотру подверглись боевые документы, правила артиллерийских стрельб, минной службы и сама корабельная организация. Перед началом Первой Мировой войной правительством России принимаются срочные меры для пополнения боевого состава кораблей флота, дополнительно выделяются большие средства на их строительство.

Согласно принятым программам судостроения в 1909 году — «Малой судостроительной программы», в 1912 году — «Большой судостроительной программы» началось строительство боевых кораблей. Планировалось в короткие сроки, построить 11 — линейных кораблей и крейсеров, 10 — крейсеров, 85 — эскадренных миноносцев и 24 — подводных лодки. Большинство, построенных кораблей, выделялось эскадре Балтийского флота, предназначенной для борьбы с германским флотом в Финском заливе, на создаваемой оборонительной позиции.

В программах военного судостроения были учтены и реализовывались предложения 1908 года по возрождению Балтийского флота, принятые на «Особом совещании» с участием старейших адмиралов и начальников центральных управлений Морского министерства. Совещание на основе анализа строительства флота пришло к выводу: «Морская сила государства вырастает медленно и не терпит в направлении своего развития скачков и перерывов, и что поэтому, дабы, ускорить рост, нужен прежде всего стройный, предусматривающий ее развитие на десятки лет вперед план ее создания. Строить важно не отдельные корабли, а сразу целый тактический организм — эскадры».

В 1906 году  был заложен, а в 1909 году  введён в боевой состав, флагман Балтийского флота  броненосный крейсер «Рюрик».

Броненосный крейсер «Рюрик»
Профессор Морской академии И.Г. Бубнов (18.01.1872-13.03.1919 гг)

В 1909 году по проекту профессора Морской академии генерал-майор корабельных инженеров  Ивана Григорьевича Бубнова  закладываются новые линейные корабли типа «Севастополь» («Петропавловск», «Гангут», «Полтава») с мощным 12-дюймовым (305-мм) артиллерийским вооружением, улучшенной живучестью и скоростью хода более 23 узлов.

Третий, построенный  линкор,  был назван в честь победы русского флота у мыса Гангут. Он был заложен на Ново адмиралтейском судостроительном заводе в Санкт-Петербурге 3 июня 1909 года, в конце сентября 1911 года спущен на воду для достройки.  В ноябре 1914 года, пройдя испытания  принят в боевой состав 2-й бригады кораблей Балтийского флота.

Линейный корабль «Гангут»
Подводная лодка «Дельфин»

Первой боевой подводной лодкой на Балтике стала ПЛ «Дельфин», к началу Первой Мировой войны, Балтийский флот имел бригаду из 11- подводных лодок, состоящую из двух дивизионов, 8 ПЛ -боевой состав, 3 ПЛ -учебные.

В состав бригады входил учебный отряд в Кронштадте, в котором была организована подготовка экипажей, офицеров и матросов для службы на подводных лодках.

В 1913 году вошел в боевой состав кораблей флота эскадренный миноносец «Новик», имея водоизмещение 1260 тонн и скорость хода более 36 узлов, хорошее артиллерийское и торпедное  вооружение, он долгое время считался лучшим кораблем в своем классе.

Эскадренный миноносец «Новик»

Для обеспечения постановки и траления мин, в боевом составе флота имелось два минных заградителя «Амур» и «Енисей», несколько тральщиков типа «Залп».

Дальнейшее развитие на флоте получила морская авиация. От капитана Л.М. Мациевич в Генеральный морской штаб в 1909 году поступило предложение, о необходимости  вооружить боевые корабли авиацией для ведения разведки и борьбы с подводными лодками, для их применения с кораблей установить катапульты.

Капитан Л.М. Мациевич (13.01.1877-07.10.1910 гг)

В 1910 году подполковник М.М. Конокотин  первый в мире предложил проект авианосца, на котором были предусмотрены полетная палуба, мастерская для осмотра и подготовки самолетов  и ангар для хранения.

В 1914 году на Балтийском флоте была создана и прошла испытания первая летающая отечественная лодка «М-5».

Её изобретателем и конструктором стал инженер Дмитрий Павлович Григорович, построенная летающая лодка  по многим своим техническим характеристикам не уступала иностранным, а была лучшей. Отличалась надежностью в эксплуатации, живучестью и не требовала больших затрат.

Авиаконструктор Д.П. Григорович (25.01.1883-26.07.1938 гг)
Летающая лодка «М-5»

В результате принятых мер, перед началом Первой Мировой войны Балтийский флот, стал самым боеспособным  объединением вооруженных сил императорской России. Находился в готовности выполнить оборонительные задачи по защите побережья совместно с сухопутными войсками. В состав флота входили: 4 — линейных корабля, 6 — броненосных крейсеров, 4 — легких крейсера, 13 — эскадренных миноносцев, 50 — миноносцев, 6 — минных заградителей, 6 — канонерских  лодок и 13 — подводных лодок.  Всего боевой состав флота, насчитывал более 120 боевых кораблей, несколько малых тральщиков и малых кораблей. Часть кораблей нуждалась в ремонте, но и таким составом Балтийский флот боевую задачу выполнил, понеся незначительные потери.

Перед началом Первой Мировой войны было окончательно определено место авиации в составе сил флота.

Адмирал И.К. Григорович (07.02.1853-03.03.1930 гг)

По приказу Морского Министра адмирала Ивана Константиновича Григоровича 4 мая 1912 года, на Балтийском флоте была создана морской авиации, с базированием в Гребном порту Санкт-Петербурга.

В 1915 году, для применения авиации со специальных  кораблей,  на Путиловской верфи в короткие сроки переоборудуют грузопассажирский пароход «Императрица Александра» в первое «авиационное судно» Балтийского флота «Орлица» для базирования гидросамолетов. Расширили ходовую рубку, поставили новое штурманское оборудование и радиостанцию. В кормовой части построили полетную палубу, разместили мастерские для ремонта самолетов, подвели пар и электричество. Для обороны корабля было поставлено 8-75 мм орудия  и два пулемета.

На флоте разрабатывается и вводится новая организационно-штатная структура на специальных кораблях. Авиацию вводят  в  состав  боевых соединений  флота, начинают использовать для решения боевых задач и повседневно  для ведения разведки. При проведении практических стрельб  для корректировки огня артиллерийских кораблей. В конце 1916 года, закончилось формирование морской авиации Балтийского флота, была создана авиационная дивизия из 80 — самолетов.

Перед Первой Мировой войной, учитывая явное превосходство флота Германии, на Балтике: шестикратный перевес только в линкорах и линейных крейсерах. Командованием флота ставка, делалась на организацию эффективной минной обороны Финского и Рижского заливов. В арсеналах только Кронштадта и Гельсингфорса на случай войны имелось около 6 тысяч якорных мин и минных защитников. Силы флота под руководством командующего адмирала  Николая Оттовича фон  Эссена были подготовлены к боевым действиям.

Адмирал Н.О. Эссен (11.12.1860-07.05.1915 гг)

Прогноз оправдался, за время Первой Мировой войны кораблями флота было выставлено более 35 тыс. мин. Минная угроза, оказалась настолько эффективной, что немцы, потеряв большое количество боевых кораблей и транспортных судов, отказались от ведения активных боевых действий на морском театре. Важной задачей флота в течение всей войны являлись поддержка и содействие группировкам сухопутных войск на приморских флангах, которые он успешно решал.

После, произошедшей Революции, к началу 1918 года флот Балтики имел в своем составе около 700 боевых кораблей и вспомогательных судов, в том числе 8-линкоров, 9-крейсеров, 68-эсминцев, 28-подводных лодок. Его главными базами были: Кронштадт, Гельсингфорс, Свеаборг, Ревель, штаб размещался в Хельсинки.

В феврале 1918 года, при возникновении угрозы захвата боевых кораблей германскими и финскими войсками, была проведена операция по переводу кораблей из Ревеля и Гельсингфорса в Кронштадт. В тяжелых ледовых условиях был осуществлен переход в результате, которого было спасено 226 — кораблей и судов, которые стали основой корабельного состава флота. Во время отражения иностранной интервенции из состава Балтийского флота были, сформированы:  Онежская,  Волхов — Ильменская   и  Селигерская  флотилии. На Волгу и Каспий для ведения оборонительных военных действий, с Балтики  передано около 30 кораблей, в их числе 4 — эсминца, 7 — миноносцев, 2 – подводные лодки. В течение 1918-1920  годов, для нужд , воюющих флотилий  выделено около 60 гидросамолётов. На эти же цели в сухопутные фронты направлено более 20 морских отрядов, численностью более 8 тыс. человек. На Петроградский участок фронта было направлено 24 — морских отряда численностью 18 — тысячь человек. Артиллерией корабли флота регулярно поддерживал сухопутные войска в районе Красного села.

За короткое время, по разным причинам, флотом было утрачено много боевых кораблей; сгорел линейный корабль «Полтава», три эсминца типа «Новик» погибли на минных заграждениях, два попали в плен к англичанам. Линкоры «Андрей Первозванный», «Император Павел I», крейсера «Рюрик», «Адмирал Макаров», «Баян» были проданы Германии.

После Кронштадтского мятежа значительная часть корабельного состава была списана. В  боевом составе  осталось около 30-и кораблей и судов, в том числе  2 — линкора, 1 — крейсер, 8 — эсминцев, 9 — подлодок, 2 — канонерские лодки,   12 — тральщиков и 3 — вспомогательных судна.

После окончания Гражданской войны Балтийский флот был небоеспособен. Ввиду общей неблагоприятной экономической обстановки в стране,  пополнение состава флота производилось только за счёт достройки ранее заложенных кораблей и постройки небольшого количества малых.

С 1923 года началось восстановление, достройка, ремонт и модернизация кораблей Балтийского флота.  К 1928 году корабельный состав флота включал 34 — боевых корабля, в том числе: 3-линкора типа Севастополь, 2-крейсера типа Светлана, 1-крейсер типа Богатырь, 5-подводных лодок и 7-речных мониторов «Шквал».

К 1932 году в состав Балтийского флота вошло 14 новых кораблей, среди вошедших в боевой состав была первая, советская подводная лодка Д-1 «Декабрист», построенная на кораблестроительном заводе в Ленинграде.       С началом индустриализации 30-х годов в стране Балтийский флот начинает обновляться  к концу 1938 года в состав надводных сил флота  входило 88-кораблей, в том числе:  2 — линкора, 1-крейсер, 1-лидер, 7-эсминцев, 7-сторожевых кораблей, 1-канонерская лодка, 2-минных заградителя, 9-тральщиков, 16-сторожевых катеров, 42-торпедных катера.

Подводная лодка «Декабрист»
Легкий артиллерийский крейсер проекта 26 «Киров»

Первым крупным артиллерийским кораблем, вошедшим  в состав Балтийского флота стал легкий крейсер проекта-26 «Киров», он  долгое время считался одним из лучших крейсеров в мире.

В период  советско-финляндской войны, в боевых действиях участвовала только часть сил Балтийского  флота, 27 подводных лодок, надводные корабли и  авиация. Своими силами флот оказывал содействие сухопутным войскам в наступлении на Карельском перешейке, поддерживал корабельной артиллерией, осуществлял поставки. Подводные лодки осуществляли блокаду побережья, нарушали морское сообщение и препятствовали снабжению финской армии.

К началу Великой Отечественной войны, Балтийский флот в своем составе имел, 2 — линейных корабля,  2 — крейсера, 21 — лидеров и эсминцев, 66 — подводных лодок, 142 — вспомогательных судна и катера. В составе авиации насчитывалось — 682 самолета. Штатная численность личного состава флота составляла — 119645 человек. Главной задачей флота с начала войны являлось содействие войскам Северо-Западного и Северного фронтов на приморских направлениях.

Силам флота на Балтийском театре,  противостояли два флота,  фашистской Германии 185 — кораблей и финский флот 60 – кораблей. С 15 по 22 июня они скрытно поставили минные заграждения.

 

Силы Балтийского флота вступил в войну с первых дней, в 1941 году кораблями  и самолетами, на угрожаемых направлениях  было выставлено — 12047 мины. В августе с аэродромов базирования острова Эзель бомбардировщики  флота нанесли первые удары по Берлину.

В конце августа, при возникновении угрозы захвата боевых кораблей и судов флота и жителей,  проведена операция по переводу 112 — боевых кораблей, 23 — вспомогательных судна  флота из Таллина в Кронштадт.

В битве за Ленинград  100 тысяч воинов  Балтийцев сражались на суше, корабли и береговая артиллерия флота вели  контрбатарейную  борьбу  с артиллерией противника и усиливала противовоздушную оборону  Ленинграда. Входившая в состав флота Ладожская военная флотилия обеспечивала транспортные перевозки блокированного города  по Ладожскому озеру.

В январе 1944 года, 2 — линкора, 2 — крейсера, 7 — эсминцев, 4 — канонерских лодки, 316 – самолетов,  117- орудий береговой артиллерии приняли участие в операции по разгрому противника под Ленинградом.  За годы войны кораблями  было высажено 24 — десанта, потоплено 624 — судна, 581- боевой и вспомогательный корабль.

За героические дела по защите Родины в годы Великой Отечественной, более 82 тысяч моряков Балтийцев было отмечено высокими государственными наградами, 173 — присвоено звание Героя Советского Союза, в том числе четырём — дважды.

ОКЕАНСКИЙ РАКЕТНО-ЯДЕРНЫЙ ФЛОТ БАЛТИКИ

Еще не закончилась война, началось планирование и строительства нового Океанского ракетно-ядерного флота. После окончания Великой Отечественной войны шел ремонт, становление и развитие корабельного состава.

Продолжилось строительство, и освоение флотом артиллерийских крейсеров 68-к проекта типа «Чапаев». Было принято решение на строительство легких артиллерийских крейсеров проекта 68-бис. Закончилось проектирование, заложен головной крейсер 68-бис проекта «Свердлов».  флотом формировался его экипаж, отрабатывается организация боевого применения и повседневного использования.

Крейсер «Свердлов»
Подводная лодка проекта 613

Начали строится и поступать флот  и осваиваться дизель-электрические подводные лодки проекта 613.

В 1946 году Балтийский флот переименовывается и разделяется на Северо-Балтийский флот штаб в Таллине и Юго-Балтийский флот штаб в Пиллау, в 1947 году они становятся 8-м и 4-м флотом на Балтике, в 1956 году происходит их объединение в Балтийский флот со штабом в Калининграде.

Здание штаба Балтийского флота

Особенностью театра Балтийского флота после окончания Великой Отечественной войны стало его положение на стыке Северо-Западного и Западного Европейских театров военных действий. В зоне его ответственности базировались  ВМС восьми стран НАТО. (Дания, Норвегия, ФРГ, Бельгия, Голландия, Англия, Франция и США), которые в своем составе имели более 900 кораблей. Что требовало учета и принятия дополнительных мер.

С 1956 года ведется создание объединенного Балтийского флота вместе с флотами Польской республики и ГДР. Подвергается пересмотру концепция строительства и применения сил флота в условиях закрытого мелководного морского театра. Шло интенсивное обновление кораблей и создание новых объединений флота. В первую очередь  обновление корабельного состава флота и строительство новых кораблей, в 1957 году поступил первый ракетный эсминец «Неуловимый», вооруженный ракетами КСЩ.

С поступлением  новых кораблей флот приступил к освоению нового вида боевой деятельности несение боевой службы в Средиземном море, освоения своего театра. В 1961 году было закончено формирование: полков морской ракетоносной авиации;  бригады ракетных кораблей;  бригады ракетных катеров; бригады десантных кораблей;  отдельного берегового ракетного полка.

Проверкой боевой готовности вновь созданного состава флота явились учения «Океан-70». В маневрах на акватории Балтийского моря участвовало 180-надводных кораблей и вспомогательных судов, до 15 — подводных лодок, 180 — самолетов ВВС. Учение проводилось  во взаимодействии с частями Прибалтийского военного округа и войск ПВО страны.

Впервые принимали участие в учениях курсанты Калининградского ВВМУ и были награждены знаком: «За дальний поход» с подвеской «Океан».

По итогам боевой подготовки за 1979 год Балтийский флот был признан лучшим среди флотов и округов МО СССР.

В сентябре 1981 года на акватории Балтийского моря проводились оперативно-стратегические учения армии и флота «Запад-81». К учениям, привлекался Балтийский флот, отдельные объединения и соединения Киевского и Прикарпатского округов, некоторые соединения и части центрального подчинения.  В учениях принимало участие  более 100 тысяч человек личного состава, тысячи единиц боевой техники, сотни самолётов и вертолётов различного типа. На рейде Балтийска находились ТАКР «Киев»,  БДК «Рогов», КРЛ «Мурманск», еще более 90 кораблей и судов размещались у причалах и акватории Балтийского моря.

К концу 80-х годов прошлого столетия Балтийский флот являлся крупнейшим в регионе Балтийского моря.  Имел в своём составе 232 — боевых корабля, в том числе: 32 — дизельные подводные лодки. На театре размещено  16 — пусковых установок береговых ракетных частей, базировались соединения береговой обороны и морской пехоты, соединения, части оперативного, тылового и технического обеспечения.  Основные пункты базирования: Балтийск, Свиноуйсьце  (Польша), Даугавгрива и Лиепая (Латвия), Таллин и Палдиски (Эстония).  Пункты  манёвренного базирования на территории РСФСР, ГДР, Эстонской, Литовской и Латвийской ССР.

Авиация флота постоянно базировалась на 10 — основных аэродромах, где размещались 240-й, 170-й морские штурмовые авиационные полки и 145-я отдельная противолодочная авиационная эскадрилья. Имелось 13-запасных аэродромов, предназначенных для распределения сил и маневра.

Судоремонтом кораблей и оружия занимались 4 — судоремонтных завода, размещенных: 7-ой СРЗ город Таллин, 29-й СРЗ город Лиепая, 33-й СРЗ город Балтийск и 177-ой СРЗ  город Даугавгрива.

В это время, Балтийский флот находился в рассвете своего могущества,  в его состав  входили четыре объединения: Военно-воздушные силы,  Балтийская эскадра  разнородных сил, Эскадра подводных лодок, Таллиннская ВМБ. Береговые войска, дивизия морских десантных сил и бригада ракетных катеров.

Флот имел сбалансированные по составу и структуре ударные силы:  ракетные подводные лодки;  ракетные корабли и катера; морскую ракетоносную авиацию;  морскую штурмовую авиацию и  береговые ракетные части.

В результате «гласности и перестройки», произошедших изменений в стране,распада Варшавского договора произошло реформирование и сокращение состава флота. Он лишился своих ключевых мест базирования  в Эстонии,  Латвии и Литве. За период 1991 года до начала  нового двадцать первого столетия, корабельный состав сократился с 350 до 109 кораблей и судов обеспечения.

В 1995 году на территории Калининградской области было образовано оперативно-стратегическое территориальное объединение Военно-морского  флота, на Балтийском море со штабом в Калининграде. Балтийский флот — разно видовое оперативно-стратегическое территориальное объединение, включающее в себя корабельные силы, морскую авиацию и средства противовоздушной обороны, береговые войска, органы оперативного и материально-технического обеспечения.

Эмблема дважды краснознаменного Балтийского флота

С начала двадцать первого столетия боевой состав Балтийского флота пополняется современными кораблями, оснащёнными новейшими вооружением и техническими средствами: сторожевой корабль «Ярослав Мудрый», корветы «Стерегущий» и «Сообразительный». В 2013 году в состав флота вошёл корвет «Бойкий», а в 2014 году — однотипный корвет «Стойкий».

Сегодня Дважды Краснознаменный Балтийский флот, наряду с 1-м командованием ВВС и ПВО, Московским и Ленинградским военными округами вошёл в состав Западного военного округа России.

По состоянию на май 2021 года в его составе 65 — боевых кораблей, в том числе: 4 — многоцелевых, 17 — ракетно-артиллерийских, 8 — противолодочных, 25- десантных, 10 — минно-тральных, 1 — многоцелевая подводная лодка. Главная база флота, город Балтийск.

Флагманом корабельного состава флота, является эскадренный миноносец типа «Современный» 956 проекта  «Настойчивый».

Главная база ДКБФ Балтийск
Флагман ДКБФ эскадренный миноносец «Настойчивый»

Тридцать лет назад завершилось проведение подземных ядерных испытаний в Советском Союзе

В номере №49 (862) 2020 года Общероссийской еженедельной газеты «Военно- промышленный курьер» от 22- 28 декабря размещена статья об этих событиях. Вот ссылка на эту статью. 

Статья размещенная ниже более полная, рекомендуем прочитать сначала статью на сайте, а потом статью в газете ВПК.

В.В.Выскребенцев, В.П.Думик, П.М.Попов

Сообщение ТАСС 24 октября 1990 г.: «…В 18 часов 00 минут по московскому времени в Советском Союзе на полигоне в районе острова Новая Земля произведен подземный ядерный взрыв мощностью от 20 до 150 килотонн с целью подтверждения надежности и повышения безопасности ядерного оружия. Радиационная обстановка в районе испытания нормальная».

Об условиях и особенностях подготовки и проведения этого последнего ядерного испытания в нашей стране, о той ситуации, которая сложилась накануне и после его проведения,  вспоминают участники испытания.

В июле 1945 года США проводят первое в мире ядерное испытание, в сентябре того же года сбрасывают атомные бомбы на японские города Хиросиму и Нагасаки, стирая их с земли. Стремясь к мировому господству, США высокими темпами наращивают производство ядерного оружия, интенсивно проводят испытания ядерных зарядов всех видов и типов,  одну за другой разрабатывают  ядерные доктрины, основная цель которых – превентивное нанесение ядерных ударов и, в конечном итоге, уничтожение нашей страны. К августу 1949 года – моменту первого ядерного испытания в Советском Союзе атомной бомбы – США произвели уже 235 ядерных боезарядов, через три года — свыше 1000, а к 1965 году их количество перевалило за 31500 единиц. С ростом ядерного арсенала всё агрессивнее становились американские ядерные доктрины. Над нашей страной, как дамоклов меч, висела реальная ядерная угроза.

В этих условиях военно-политическое руководство нашей страны предпринимало все необходимые меры для обеспечения безопасности – к концу 1960 — началу 1970-х годов Советский Союз достиг примерного ядерного паритета с США. Это, по праву, считается историческим событием, предотвратившим  скатывание мира к ядерной катастрофе. И в этом есть огромнейшая  заслуга разработчиков и испытателей отечественного ядерного оружия. Честь им и хвала! Параллельно  руководство нашей страны настойчиво продолжало выдвигать предложения, касающиеся ядерных испытаний.

Так, ещё в 1955 г. Советский Союз предложил заключить специальное соглашение о прекращении ядерных испытаний, за соблюдением которого следила бы специальная международная комиссия. В  1956 г. нами была выдвинута программа разоружения,  основные положения которой касались, в том числе, и  запрета ядерных испытаний. В 1957 г. СССР внес в «подкомитет пяти» проект резолюции, призывавшей ядерные державы к прекращению испытаний. Для демонстрации серьезности намерений Москва в марте 1958 г. ввела односторонний мораторий на ядерные испытания до тех пор, пока другие ядерные державы не откажутся от их проведения.

 С начала 1980-х годов ученые-ядерщики разных стран предлагали отказаться от ядерных испытаний. В Советском Союзе эта идея поддерживалась, в США – нет. В 1985 г. Советский Союз ввел годичный мораторий на проведение ядерных испытаний,  но США его не поддержали, и в 1987 г. ядерные испытания в СССР возобновились. Похожая ситуация повторилась и в 1989-1990 гг. 5 октября 1991 г. Россия ввела односторонний мораторий на проведение ядерных испытаний сроком на один год. 5 июля 1993 г. он был продлен до тех пор, пока такой мораторий, объявленный другими государствами, обладающими ядерным оружием, будет де-юре или де-факто соблюдаться ими. США аналогичный мораторий ввели в только в 1992 году. К тому моменту США провели в общей сложности 1032 ядерных испытания (без учета проведенных в интересах Великобритании), Советский Союз  – 715; Россия ядерных испытаний не проводила вообще. С октября 1990 г. по 1992 г., когда в СССР (России) ядерные испытания не велись, Соединённые Штаты продолжали их проведение (только за один календарный 1990-й год США осуществили  8 ядерных взрывов, а с октября 1991 г. по сентябрь 1992 г. – завершающую серию из восьми испытаний).

История распорядилась так, что ядерному испытанию, проведенному на Новой Земле  24 октября 1990 г., суждено было стать последним в нашей стране.

Надо отметить, что обстановка, которая на ту пору сложилась в СССР вокруг ядерных полигонов (Семипалатинского и на Новой Земле) стала весьма непростой, правильнее было бы назвать её невыносимой.

С избранием М.С. Горбачева генеральным секретарем ЦК КПСС провозглашенная им гласность стала восприниматься многими едва ли не как самоцель и распространяться на все области деятельности государства, включая и ядерно-оружейную. Представители нашей и зарубежной так называемой «общественности» любыми способами стали трактовать «истинную правду» о ядерных испытаниях, представляя их в явно искажённом виде. Дешевых популистов и предателей интересов страны в разных ветвях власти это не смущало. Довлело то, что модность темы разоружения использовалась ими для повышения своей популярности, своего политкапитала. Так создавалась обстановка, при которой критика любых работ в нашей стране по совершенствованию ядерного оружия считалась патриотизмом, альтернативные точки зрения преследовались и игнорировались, а в СМИ практически блокировались. Безответным оставалось многочисленное грубое искажение фактов, тенденциозное освещение материалов и событий. В результате происходила дезинформация населения, выдвигались требования односторонних акций от руководства СССР, тормозящие и удорожающие работы по совершенствованию ядерного оружия. Искусственно создавалась нервная обстановка, в которой принятие продуманных, хорошо обоснованных решений становилось проблемой.

В условиях перестроечной эйфории уж очень хотелось нашим «представителям народа» понравиться заокеанским спонсорам! Одна за другой звучали гневные «обличительные» речи с надеждой на помощь Запада. Разрушительные последствия решений по стратегическим вопросам, обеспечению национальной безопасности, принятых большинством голосов перестроечного Верховного Совета, очевидны сегодня не только профессионалам. Но это в настоящее время. А в конце восьмидесятых эти действия воспринимались по-другому.

Среди профессионалов не было противников мероприятий по ограничению ядерных вооружений и испытаний – на основе взаимных соглашений с США и другими государствами. Работа в этом направлении велась непрерывно и плодотворно, как и работа по повышению радиационно-экологической чистоты проводимых экспериментов, а также регулярные масштабные обследования территории страны на предмет выяснения последствий ядерных испытаний.

В рассматриваемый период распад СССР уже вступил в активную фазу. Парад суверенитетов союзных республик, провозглашавший приоритет их конституций и законов над законодательными актами СССР, уже близился к завершению. Ключевым этапом стало принятие 12 июня 1990 г. Первым Съездом народных депутатов РСФСР Декларации о государственном суверенитете РСФСР, положившее начало фактическому двоевластию в стране и «войне законов».

Дорогу к дальнейшей дезинтеграции и параличу власти проложил, на первый взгляд, совершенно конструктивного содержания Закон СССР от 09.04.1990 г. № 1417-1 «Об общих началах местного самоуправления и местного хозяйства в СССР», получивший новую редакцию по требованию «независимой» РСФСР 23.10.1990 г. — аккурат накануне  вспоминаемого нами эксперимента. В нём указывалось: «Предприятия (объединения), организации и учреждения, независимо от их подчиненности и формы собственности, …в обязательном порядке согласовывают с соответствующим Советом народных депутатов мероприятия, которые могут привести к экологическим, демографическим и иным последствиям, затрагивающим интересы населения территории. ….Местные Советы народных депутатов имеют право: предъявлять в суд или государственный арбитраж требования о признании недействительными актов органов государственного управления, местного самоуправления, предприятий (объединений), организаций и учреждений, нарушающих права и законные интересы граждан, проживающих на данной территории, а также полномочия местного Совета народных депутатов, и до принятия решения судом или арбитражем приостанавливать действия оспариваемых актов органов местного самоуправления, предприятий (объединений), организаций и учреждений». И далее: «…Решения местных Советов народных депутатов, принимаемые в пределах полномочий, установленных настоящим Законом, другими законами Союза ССР, союзных и автономных республик, обязательны для исполнения всеми расположенными на подведомственной территории предприятиями (объединениями), организациями, учреждениями, кооперативами, общественными организациями и их органами, должностными лицами и гражданами».

25 октября 1990 г. (на следующий день после проведения испытания на Новой Земле) Казахстан принял Декларацию о государственном суверенитете – предпоследним в СССР (15 декабря – Киргизия). Однако, задолго до этого вокруг Семипалатинского полигона уже была создана обстановка, приведшая к прекращению испытаний (последний эксперимент был проведен 19 октября 1989 г.), хотя формально он был закрыт указом Президента Казахской ССР только 29 августа 1991 г. Ввиду невозможности проведения полностью подготовленного на Семипалатинском полигоне испытания в штольне 108-К было вынужденно оставлено экспериментальное ядерное устройство, уничтожить которое накладным зарядом взрывчатого вещества удалось только 31 мая 1995 г. в результате проведения российскими специалистами сложнейшей и опаснейшей работы.

Созданная вокруг Семипалатинского полигона обстановка обусловила рассмотрение возможности переноса всех ядерных испытаний на Новую Землю. Это, в свою очередь, возбудило популистски настроенных северных «активистов».

Вокруг полигона на  Новой Земле также начали кипеть невиданные ранее страсти. Все, кому не лень, обвиняли его во всевозможных бедах, накопившихся в стране. Так, в газете «Правда Севера» регулярно публиковались вздорные вымыслы о лысеющих оленях, о рыбе без чешуи, исчезающих песцах, о вымирающих селениях и т.д. и т.п. – «по вине тех, кто на Новой Земле». Жители Ненецкого автономного округа обратились в ВС СССР и к народным депутатам СССР с коллективным обращением, которое народный депутат от округа А.И. Выучейский зачитал на заседании Верховного Совета СССР и  потребовал: ядерные испытания на Севере должны быть прекращены! ВС СССР обязан незамедлительно заслушать военное руководство по вопросам переноса всех испытаний (в том числе с Семипалатинского полигона) и их проведения на Новой Земле, сопоставить военное преимущество с политическим, экономическим и социальным уроном, который вызовет этот шаг. Организовать инспекцию Новой Земли под эгидой Всемирной организации здравоохранения, открыть свободный доступ всех желающих на полигон.

Учитывая такую ситуацию, 12 декабря 1989 г. на Втором Съезде народных депутатов СССР депутатам и представителям средств массовой информации были представлены сведения о полигоне на Новой Земле, режимах его функционирования, радиационной обстановке, о планах будущих испытаний.

Первая публикация о полигоне в открытой печати появилась 2 мая 1990 г.  в газете «Известия» (№ 123) под названием «Новая Земля — самый северный полигон» в виде интервью  начальника 6 управления Военно-Морского Флота вице-адмирала Г.Е. Золотухина. В частности, он рассказал о специфических особенностях ядерного испытательного полигона и о требованиях к нему как к объекту важного оборонного назначения, а также о повышенном внимании к его деятельности иностранных разведок, а в последнее время и различных экологических движений.

29-30 мая 1990 г. на полигоне работала правительственная комиссия под руководством И.С. Белоусова —  заместителя Председателя Совета Министров СССР. В состав комиссии входили кроме представителей Министерства атомной энергетики и промышленности СССР и ВМФ также народные депутаты ВС СССР,  ВС РСФСР, ВС Коми АССР, председатель Архангельского облисполкома П.Н. Балакшин, председатель Ненецкого окружного исполнительного комитета Е.Г. Алексеев, секретарь окружного комитета КПСС Ю.С. Романов и корреспондент газеты «Правда Севера» И.В. Бенца.  Комиссия заслушала доклады об истории полигона, режимах его деятельности, радиоэкологических и сейсмологических последствиях испытаний. Народным депутатам была предоставлена возможность ознакомиться с различными объектами полигона и условиями жизни военнослужащих и их семей. Как позже выяснилось, депутаты остались при своем мнении.

Вот как описывал особенности подготовки и проведения последнего в нашей стране ядерного испытания академик РАН Виктор Никитович Михайлов, в ту пору – заместитель Министра атомной энергетики и промышленности СССР, выступая на специальном заседании Верховного Совета СССР 29 октября 1990 г. Приведем выдержки из его выступления:

«…В соответствии с постановлением правительства,  это испытание было подготовлено ещё в конце прошлого года. Но, учитывая очень сложную обстановку, которая сложилась вокруг ядерных полигонов у нас в стране, было решено в начале года не проводить это испытание, так же как и на Семипалатинском полигоне. Наши полигоны молчали целый год. Скажу откровенно, мы ждали реакцию американской стороны. Вы ее прекрасно знаете. 12 октября они провели свой седьмой, очень мощный ядерный взрыв в пределах 100 килотонн….».

«…Выскажу свою точку зрения: даже если бы не было этого взрыва, то может быть, его следовало провести для престижа страны. Американцы провели семь взрывов, французы – четыре, китайцы – два, причем один из них мощностью около 500 килотонн, а мы год молчали. В этих условиях могу сказать: простаивают коллективы, стоят научные программы, мы начинаем отставать…».

 «…В этих условиях, учитывая, что штольня (а испытание проводилось в штольне – это горизонтальная выработка длиной около двух километров, глубина заложения ядерного устройства составляла порядка 600 метров горной выработки) находилась в условиях консервации около года, у специалистов были большие беспокойства за состояние диагностической аппаратуры, расположенной внутри штольни, за состояние ядерного устройства. Срок гарантии диагностической аппаратуры и самого устройства у нас был около года, это было проверено, в чем все мы были убеждены. Поэтому до самого последнего момента, по существу, мы сомневались. Могло быть неприятное и непредвиденное развитие самого ядерного взрыва.

В соответствии с нашим обращением Государственная комиссия Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам разрешила нам проведение ядерного испытания после 10 октября, учитывая погодные условия. Государственная комиссия, работавшая на полигоне, на заключительном этапе в первую очередь рассматривает метеообстановку, которую также консультирует и контролирует в Москве Госкомгидромет СССР, привлекая к этому большое число специалистов. Определённые метеоусловия нужны для того, чтобы при возможном (я подчеркиваю – при возможном) выходе радиоактивности весь радиоактивный газ остался на территории полигона.

Конечно, такую синоптическую ситуацию подобрать очень сложно. Скажем, в октябре подобная ситуация могла сложиться, исходя из долголетних наблюдений, только один раз. Ноябрь для Новой Земли практически уже исключает такую ситуацию, кроме того, там наступает полярная ночь.

Мы ожидали, что реальная погодная обстановка может сложиться между 23 и 26 октября. …24 октября … мы собрались в Госкомгидромете и стали … следить за тем, как складывается синоптическая обстановка. И только в 14 часов 30 минут мы пришли к выводу, что обстановка на вечер этого дня складывается идеальная. И разрешение комиссии на проведение эксперимента было послано и получено на Новой Земле в 15 часов 30 минут. Ядерный взрыв разрешалось провести 24 октября с 15 до 18 часов.

Конечно, мы понимали, что времени очень мало, на заключительные операции требуется порядка шести часов, что … придется работать в очень сложных условиях, чтобы обеспечить качественную подготовку этой работы. Работа была закончена в 18 часов без одной минуты. Докладываю, что выхода радиоактивных продуктов как из эпицентра взрыва, так и с приустьевой площадки не произошло. Газ полностью … был заблокирован комплексом забивочных работ…. Обстановка на полигоне сразу же после взрыва была нормальной. Непосредственно в городке, который примыкает к этому месту и находится примерно в километре, радиационный фон составляет от 6 до 10 микрорентген в час. Могу вам доложить, что и сегодня обстановка абсолютно нормальная. Все принятые меры привели к тому, что выход радиоактивных продуктов в этом эксперименте не произошел…

Подрыв зарядов произошёл по заданной программе. Комплекс диагностической аппаратуры сработал нормально. Полученные результаты обрабатываются группой специалистов Министерства атомной энергетики и промышленности и Министерства обороны непосредственно на полигоне».

О подготовке и проведении последнего подземного ядерного испытания на Новой Земле вспоминает контр-адмирал В.В. Выскребенцев, в то время – заместитель начальника полигона, председатель Государственной комиссии по подготовке и проведению этого испытания.

При подготовке и проведении ядерных испытаний их участники всегда проявляли профессионализм, стойкость, мужество, преданность долгу, осознание значимости своего труда в решении важных государственных задач по обеспечению безопасности страны – по созданию ядерного щита Родины. Для них слова «чем надёжнее наши заряды, тем прочней будет мир на земле» — не пустые слова. Успешное проведение каждого испытания воспринималось на полигоне как праздник. Постоянный позитивный настрой у испытателей полигона поддерживался в процессе рабочих контактов с учеными, сотрудниками федеральных ядерных центров, КБ, НИИ и представителями МО и ВМФ.

В конце 1980-х годов экономическая и политическая обстановка в стране стала меняться, был объявлен курс на перестройку. Участники подготовки и проведения испытаний восприняли перестройку как свою задачу по повышению их качества.

В тот период активизировалось антиядерное движение мировой общественности. Внутри страны стихийными борцами за ядерное разоружение стали выступать некоторые члены Верховного Совета СССР. Они выдвигали настойчивые требования прекратить ядерные испытания в СССР в одностороннем порядке. Руководство страны выступило с инициативой о всеобщем запрещении испытаний и ликвидации ядерного оружия во всем мире и 29.07.1985 г. объявило односторонний мораторий на проведение ядерных взрывов, продлившийся до 26.02.1987 г.

Подземное ядерное испытание в штольне на объекте А-13Н на Новой Земле было подготовлено к проведению в соответствии с постановлением правительства к осени 1989 года.  В тот год СССР провел 7 ПЯИ на Семипалатинском полигоне (последнее – 19 октября), однако проведение единственного испытания на Новой Земле было остановлено политическим руководством страны.

Предложение выполнить обязанности председателя Государственной комиссии по проведению подземного ядерного испытания на объекте А-13Н было сделано мне В.Н.Михайловым по телефону от имени Совета Министров СССР. Недолго думая, я согласился. К этому времени я имел опыт работы в качестве заместителя председателя Государственной комиссии при проведении пяти подземных ядерных испытаний и понимал меру своей ответственности независимо от своей роли в составе Государственной комиссии.

Штольня А-13Н располагалась на южном берегу реки Шумилиха, дорога от поселка и командного пункта и кабельная трасса проходили через ее русло. Река летом — спокойная и маловодная, зимой на ней растут наледи и образуются глубокие лунки, весной — бурная и полноводная, и тогда опрокидываются кабельные трассы, не преодолевает преграды транспорт. Неопределенность ситуации легла тяжелым бременем на всех участников подготовки испытания. С приходом полярной ночи усилились морозы и вьюги, необходимо было охранять штольню, обеспечивать электроэнергией потребителей на приустьевой площадке и командном пункте. В течение года силами полигона и организаций, участвовавших в подготовке эксперимента, в экстремальных условиях Заполярья со сменой сезонов поддерживались целость и неприкосновенность, а в доступных местах – и работоспособность сооружений, техники и оборудования.

Наступил очередной октябрь, очередная зима, приближалась полярная ночь. После года хранения установленных ядерных зарядов, датчиков, кабельных трасс возникло опасение, что дальнейшее хранение может привести к непредсказуемым тяжелым последствиям в случае отказа ядерных зарядов при проведении испытания. Но это был не единственный источник беспокойства.

В начале октября 1990 года ночью в территориальные воды СССР в границах полигона в районе пролива Маточкин Шар вошло судно «Гринпис» и высадило десант на быстроходных катерах в зону испытаний. Оценивая обстановку, я предложил начальнику испытательной станции сосредоточить усилия на охране испытательного объекта. Начальник полигона вице-адмирал В.А. Горев с группой режима на вертолете осуществил поиск и задержание группы «зеленых» на приустьевой площадке объекта А-37А с последующей передачей задержанных прибывшим пограничникам.

10 октября 1990 года Госкомиссия Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам разрешила проведение ядерного испытания с учетом погодных условий.

Объект А-13Н был готов к проведению испытаний. Весь период его хранения испытатели поддерживали в готовности регистрирующую аппаратуру, кабельные трассы, автоматику управления опытовым полем и т.д. В кратчайший срок были уточнены силы и средства, планы предварительной и аварийной эвакуации, боевые расписания, таблицы и команды докладов. Задачу провести испытания все участники восприняли с большим воодушевлением, с желанием успешно выполнить задачу государственной важности и подсознательно – прекратить годовое мучительное изнуряющее ожидание.

Дальнейшей первоочередной задачей стала оценка метеообстановки с целью выбора метеоситуации, при которой в случае выхода радиоактивные газы не распространятся за пределы полигона. По вопросу оценки метеоусловий ежедневно велись консультации представителей полигона (представителя федерального ядерного центра, проводившего испытания, начальника метеослужбы полигона, представителя Госкомгидромета, членов государственной комиссии) с одной стороны, с руководством в Москве (руководителем Госкомгидромета, начальником 6-го управления ВМФ, заместителем Министра по атомной энергии В.Н. Михайловым) с другой стороны.

Метеоусловия долгое время были неблагоприятными для проведения взрыва. Изучение синоптических карт не позволяло определить точное время наступления необходимой метеоситуации. 24 октября 1990 г. во время очередной консультации был согласован прогноз кратковременного появления необходимой метеоситуации и дано разрешение на проведение взрыва. Подземный ядерный взрыв был произведен 24 октября 1990 года в 17 часов 58 минут. С полным камуфлетом – без выхода радиоактивных продуктов на поверхность земли. Все изделия сработали по заданной программе. Материалы регистрации были сняты и отправлены на экспресс-обработку.

На следующий день объект А-13Н посетили представители общественности в сопровождении начальника полигона. Была высказана одна претензия, что не смогли присутствовать на полигоне во время проведения ядерного взрыва. После пережитого, связанного с подготовкой и проведением испытания, меня уже не очень волновали последствия всевозможных разбирательств. Для меня было главным успешное проведение работы, выполнение возложенной задачи, оправдание оказанного доверия. Я остаюсь признательным В.Н. Михайлову, ныне ушедшему из жизни, который принял, фактически, всю ответственность на себя за принятие решения о проведении последнего ядерного испытания в СССР.

С 1996 года полигон продолжает испытательную деятельность в новых условиях путем проведения неядерно-взрывных экспериментов по созданию и совершенствованию ядерного оружия в целях повышения его эксплуатационной безопасности, поддержания надежности и эффективности.

От имени ветеранов желаю всем создателям ядерного щита России доброго здоровья, творческих успехов и дальнейших достижений в обеспечении обороноспособности России.

Вспоминает капитан 1 ранга П.М. Попов, в то время старший научный сотрудник научно-испытательной части полигона.

В этом опыте я, как обычно, занимался постановкой и проведением физизмерений параметров так называемых быстропротекающих процессов (масштаба единиц – сотен наносекунд), характеризующих работу испытуемых изделий. Изделия размещались в восьми концевых боксах (это было необычно много: больше в новоземельских опытах не бывало) и содержали по несколько узлов, так что забот у нашего довольно небольшого коллектива хватало. Но это было для нас привычно и не вызывало напряжения, скорее стимулировало рабочий азарт.

Были непривычными и вызывали напряжение другие факторы. К обычным ожиданиям синоптической ситуации, порой длительным, до месяца, в перестроечные годы добавились гораздо более длительные ожидания «политической ситуации», формировавшейся на самом верхнем уровне политического руководства, не учитывавшей никаких объективных обстоятельств и не поддававшейся, как теперь подтверждается, никакому здравому прогнозу. Тут наука была бессильна.

Это был второй опыт, перед проведением которого полностью собранный испытательный комплекс, в том числе ядерные заряды, датчики и кабельные линии в штольне, подключенные к ним аппаратурные комплексы на площадках, соединяющая их кабельная трасса от пункта управления до площадки с аппаратурой измерений длиной несколько километров по открытой местности, был оставлен на несколько месяцев без электропитания и отопления, чтобы  пережидать арктическую зиму. Такое вынужденное, но здравое решение было продиктовано соображениями безопасности. Ранее одна из штолен  (А-24) на полигоне перед проведением опыта (8 мая – тоже в зимних условиях) простояла в таком состоянии более полугода. Здесь же был рекорд – год! Не нужно быть профессионалом или иметь богатую фантазию, чтобы представить, что может за год произойти с датчиками, размещенными без какой-либо защиты на рабочих столах в забитой штольне с высокой, как обычно, влажностью (за счет растепления грунта и застывания бетона забивок) и температурой, постепенно уходящей в существенный минус. Или с проложенными кабелями, по которым на датчики подается питание в несколько киловольт. Выполненные из дюраля с пенопластом передвижные приборные сооружения в обесточенном состоянии, естественно, никакого микроклимата не создавали, и точнейшие осциллографические регистраторы, блоки питания, цифровые приборы и вычислительная техника – все это находилось в течение года в условиях арктической зимы, набирая внутри влагу.

Время на выполнение заключительного этапа (генеральная репетиция, опечатывание на опыт, заключительные операции) было заметно сокращено по сравнению с обычной процедурой. Здесь нужно отметить, что состав и последовательность действий персонала на этом этапе и в обычной обстановке в той или иной мере от опыта к опыту менялись и дополнялись (появлялась новая измерительная техника, отрабатывались новые методики физизмерений со своими пространственно-временными особенностями, изменения диктовались особенностями построения эксперимента). Не стал исключением и описуемый опыт. Однако к объективно сложившимся особенностям процедуры добавился еще и цейтнот, обусловленный кратковременностью ожидаемой синоптической ситуации. Госкомиссии пришлось буквально импровизировать. И это не прошло без некоторых изъянов: в одном из аппаратурных комплексов при прохождении завершающей тестовой программы автоматики операторы не учли необходимость приведения приборов в исходное состояние вручную, при отключенных средствах имитации сигналов. В итоге, не сработало несколько дублирующих регистраторов, хотя  благодаря резервированию измерительная информация не была потеряна.

Испытание проводилось накануне наступления полярной ночи, с характерной для этого времени темнотой и плохой погодой. Однако, это обстоятельство не воспринималось как нечто чрезвычайное, у нас уже имелся опыт работы в подобных условиях. В 1988 г. подготовка эксперимента А-27 велась еще в более позднее время года, а проведен он был полярной ночью — 4 декабря.

За две недели до опыта рано утром 8 октября 1990 г. на полигон высадился десант «Гринпис». Я участвовал в задержании и общении с этим десантом (в качестве переводчика), затем ночью передавал его в море с борта флотского СКР на борт пограничного СКР. С составом десанта все было понятно: часть из них – профессионалы, выполнявшие разведывательную задачу, остальные действовали в рамках заявленной акции «Гринпис». Уместно заметить, «добросовестность» и «чистота помыслов» последних оказались под большим вопросом: они завысили результаты своих измерений уровня радиации на полигоне на три порядка! Уличившая их в этом Ерин Салбю (ученый из лаборатории изотопов Высшей сельскохозяйственной школы Норвегии) предположила, что они просто-напросто перепутали диапазоны приборов (вместо микрорентген считали миллирентгены, как это случается с неопытными операторами). Возможно, но вопрос остался.

Обошлись мы с десантом вполне мягко, имея в виду тяжесть им содеянного. Не могла не вызвать возмущение беззубая и непоследовательная позиция высоких руководителей страны по отношению к наглым иностранным нарушителям границы, открыто попирающим ее законы, прикрываясь сомнительными лозунгами. Еще большее негодование вызвали прибывшие с иностранцами наши сограждане, открыто пренебрегшие интересами и законами своей Родины, злоупотребившие доверием ее граждан. Удивительно, но последним удалось избежать ответственности за устроенное ими беззаконие, прикрывшись депутатской неприкосновенностью (вопрос о лишении их неприкосновенности, насколько мне известно, даже не рассматривался).

К нашему удивлению, власти нашей страны своими действиями как будто осознанно  подталкивали ее граждан терять уважение к своей Родине.  В подобной ситуации Франция просто взорвала судно гринписовцев «Rainbow Warrior» — предшественника прибывшего к нам  «Rainbow Warrior II», выплатив впоследствии компенсацию. В Неваде, как известно, этих деятелей тоже встретили, мягко говоря, неласково. Да и известного казахского активиста Олжаса Сулейменова, чьими усилиями был закрыт Семипалатинский полигон, в Неваде тоже не овацией встречали. Местные жители на встрече с ним заявили примерно следующее: полигон является гордостью штата Невада; его работа обеспечивает мир во всем мире; у нас, американцев, нет проблем с работой полигона; и вообще – по какому праву вы используете имя нашего прекрасного штата в названии вашего движения? (имея в виду организованное им движение «Невада-Семипалатинск»).

Хочется сказать и о том, что  ряд особенностей этого эксперимента вызвал незабываемые позитивные эмоции. Прежде всего – гордость за нашу отечественную специальную технику, за её высочайшую надёжность.  При подготовке и проведении опыта в комплексе физизмерений были обнаружены лишь отдельные пришедшие в негодность кабельные линии, единичные отказы датчиков и регистраторов; они не привели к потере измерительной информации. В зарядно-аппаратурном комплексе отказов вообще не имелось.

Позже мы узнали, что не только нам на полигоне приходилось ожидать «политической ситуации». При выполнении программы  промышленных (в мирных целях) ядерных взрывов  в тот период некоторые из них были также проведены после выполнения  забивки и последующего длительного вынужденного нахождения ядерных зарядных устройств в экстремальных условиях, в частности, при аномально высоких температурах. Слава и почет разработчикам и изготовителям ядерных зарядов и специальной техники!

Успешное проведение опыта в описанных условиях стало возможным благодаря тому, что имелись сильные, опытные коллективы испытателей, руководители Госкомиссии, комплекса физизмерений, зарядно-аппаратурного комплекса, на ходу разработавшие и реализовавшие укороченный алгоритм заключительных операций. В условиях цейтнота четко сработали все службы полигона.

Только имевшийся запас прочности в аппаратуре, в организации, в людях позволил добиться успеха. На этом примере мы видим, что надежность лишней не бывает, а в таком ответственном деле — особенно.

Необходимо отметить личную роль В.Н. Михайлова. Принимая сложное и ответственное решение в Москве, беря на себя ответственность за последствия (что уже неординарно и как-то не характерно для многих руководителей поздней советской поры), он не слепо рисковал, а знал, что предложенный вариант выполним. И этот вариант был реализован, в том числе, благодаря тому, что Виктор Никитович в свое время многому научил участников испытания, успел передать им свой опыт, в течение многих лет руководя проведением сложных экспериментов на полигонах.

Вспоминает капитан 1 ранга В.П. Думик, в то время начальник отдела научно-испытательной части полигона, прикомандированный к 6-му управлению ВМФ и занимавшийся организацией подготовки и проведения испытаний на Новой Земле.

Прошло более 30 лет после проведения последнего подземного ядерного испытания  на Новой Земле. Период подготовки к этому испытанию, занявший  довольно длительный временной интервал —  с 1989 года  и  до октября 1990 года, мне запомнился как время постоянной подготовки докладов, справок, проектов постановлений, встреч с депутатами и «зелеными», участия в конференциях, подготовки проектов решений на проведение ядерного испытания, согласования их с заинтересованными органами. А время после проведения взрыва — это вообще отдельная история. Мне кажется, что все это время, по образному выражению В.Н. Михайлова, «прошло в окопах». Сейчас я понимаю, что это была  учеба и школа воспитания характера. И только помощь настоящих преданных своему делу ученых, моих товарищей  и  полигонная закалка позволили преодолеть все преграды.

Незнание большинством людей фактической радиационной и сейсмической обстановки, неосведомленность о мерах по обеспечению безопасности испытаний, трудные социально-бытовые условия жизни приводили к тому, что наши ура-патриоты легко провоцировали население против проведения работ на ядерных полигонах страны, а также к  росту эмоционального накала вокруг них. Между тем, обеспечение радиационной безопасности участников испытаний и населения — одно из важных условий при проведении ядерных испытаний. Неслучайно, что отдел радиационной безопасности являлся одним из основных подразделений полигона. В каждой программе испытаний, которую составляли руководители испытаний, и утверждало правительство страны, вопросы обеспечения общей и радиационной безопасности всегда занимали значительное место.

Памятен случай, когда в 1987 году при проведении опыта на Новой Земле произошел выход на дневную поверхность радиоактивных продуктов взрыва. Правильный выбор синоптической ситуации обеспечил локализацию этих продуктов на небольшой площадке вблизи штольни, в пределах санитарно-защитной зоны. Передвижные аппаратурные комплексы, находившиеся на площадке, после дезактивации продолжали в дальнейшем использоваться.

К моменту проведения упомянутого ядерного испытания в разработке уже находился межведомственный документ, определявший повышенные требования по обеспечению экологической безопасности планируемых к проведению испытаний, включавшие ужесточение условий заложения испытуемых изделий, изменения в технологии обустройства испытательных объектов. Были также расширены полномочия межведомственной экспертной комиссии по оценке радиационной и сейсмической безопасности подземных ядерных испытаний.

Опыт в штольне А-13Н был подготовлен уже в соответствии с новым документом. Естественно, повышенные требования делали подготовку испытания более сложной, трудоемкой, длительной и дорогой. Однако и результат был налицо – полный камуфлет (без остаточных деформаций поверхности земли и выхода радиоактивных газов на её поверхность). В этом наглядно смогли убедиться народные депутаты и представители общественности, прибывшие на полигон.

Возникает вопрос: были ли прежние требования по безопасности недостаточными и к какому результату привело их соблюдение? В научных материалах, подготовленных экспертами-экологами ведущих организаций России, приведены сведения и выводы о степени загрязнения окружающей среды после проведения на полигоне подземных ядерных испытаний,. В частности, в них указано, что в общем количестве цезия-137, выпавшего в Северном полушарии Земли от всех ядерных испытаний в атмосфере, выпадения от подземных взрывов на Новой Земле составили всего около 0,001%, т.е. они не создали дополнительного радиоактивного загрязнения внешней среды. Стронций-89 в связи с небольшим периодом полураспада (50,5 суток) также не создал дополнительного радиоактивного загрязнения местности и атмосферы. Стронций-90, как правило, вообще практически не появлялся в атмосфере после проведения подземных ядерных испытаний. Измерения содержания радиоактивных продуктов в воздухе и в выпадениях, проведенные собственно на архипелаге в разное время, показали, что подземные взрывы не внесли существенного вклада в загрязнение окружающей среды долгоживущими радионуклидами.

А были ли вообще нужны новые требования? Ответ: безопасности много не бывает (в конце концов, безопасность профессионалов, прибывающих на место взрыва вскоре после его проведения для съема материалов регистрации, тоже что-то значит. Тут уместно провести такую параллель: в былые времена, насколько известно, архитектора моста во время его испытания ставили под мост и он, так сказать, отвечал жизнью за своё детище. Более того, он должен был привести туда и всю свою семью. Казалось бы, дикость, но старинные мосты стоят сотнями лет).

К сожалению, надо отметить, что в СССР среди населения информационная работа по фактической радиационной обстановке в стране и проводимых для ее оценки исследованиях фактически не проводилась. И только после выпуска постановлений Верховного Совета СССР от 27 ноября 1989 г. «О неотложных мерах экологического оздоровления страны» и Совета Министров СССР от 14 февраля 1990 г. «Об обеспечении выполнения Постановления ВС СССР от 27.11.89 г.» стала проводиться такая работа. Результаты исследований представлялись в докладах на международных конференциях, в справках  и сообщениях в органы власти и в публикациях в средствах массовой информации на всех уровнях.

Таким образом, как видно, на момент проведения последнего ядерного испытания у общественности не было объективных причин для беспокойства в отношении безопасности его проведения; такая причина как неинформированность также была устранена. Однако, несмотря на это, ранее упомянутые «деятели» продолжали во всех грехах обвинять испытателей, как сейчас в западных странах считается хорошим тоном обвинять во всем Россию.

При организации и проведении подземных ядерных испытаний на Новой Земле 6 управление ВМФ тесно взаимодействовало с Минздравом и Госкомгидрометом СССР. Представители этих ведомств  входили в состав назначаемых госкомиссий по проведению работ. По долгосрочному прогнозу на 1990 год благоприятная синоптическая ситуация могла с большой вероятностью возникнуть во второй половине октября. Поэтому при подготовке проекта решения ВПК на проведение испытаний было предложено разрешить провести одно испытание на Новой Земле в октябре 1990 года в зависимости от ситуации. Перед подписанием решения надо было собрать огромное количество  согласующих подписей. А сделать это в наступивший период было очень непросто, хотя до перестройки все было совсем иначе. Согласование осуществляли специалисты, которым не надо было объяснять прописные истины и которые понимали суть происходящего и не ставили вопросы: «а это что такое» и «что мы будем с этого иметь?».

На 29 октября 1990 г. в  Верховном Совете СССР было назначено обсуждение ситуации, сложившейся в связи с проведением подземного ядерного испытания на Новой Земле 24 октября 1990 г. Докладчиком выступал заместитель Министра атомной энергетики и промышленности СССР Виктор Никитович Михайлов. От ВМФ на этом заседании присутствовали начальник 6 управления ВМФ вице-адмирал Г.Е. Золотухин и я. Пришлось в срочном порядке готовить справки по всем вопросам организации и проведения испытания. Народные депутаты хотели услышать сведения, которые в то время имели  гриф секретности, но разве их это останавливало, если даже из МИД в то время поступали угрожающие указания немедленно представить все сведения, например, по хранилищам ядерного оружия  ВМФ! Конечно, никто им таких сведений не имел права представить, но сколько сил и времени было потрачено на доказательство неправомерности подобных требований.

Это обсуждение скорее напоминало театр абсурда или судилище. Народные депутаты, не слушая разумных доводов В.Н. Михайлова о необходимости проведения испытания, выдвинули обвинения в намеренном проведении взрыва накануне визита М.С. Горбачева в Испанию и Францию. Звучали слова о том, что в результате этого страна  не получит примерно полмиллиарда долларовых «инъекций» в оздоровление экологической обстановки на Севере, и вообще нас теперь не будут финансировать так, как собирались. Испытатели, дескать, не посоветовались с россиянами, что совершенно неправильно и приведёт к дальнейшему усугублению политической обстановки в стране.

Сколько совершенно ничем не обоснованных обвинений было выдвинуто на этом заседании в адрес создателей ядерного щита страны! Можно только удивляться             спокойствию и выдержке Виктора Никитовича, который приводил  обоснованные  доводы о необходимости проведения ядерного испытания и убедительно отвечал на выдвинутые «обвинения». В памяти осталось одно: такое слушание вообще можно было не проводить. Все виновные были определены заранее, как и решение по сложившейся ситуации.

Последующее за этим заседанием время было занято приемом и сопровождением на полигон депутатов, корреспондентов, научно-исследовательских экспедиций, представителей США и т.д. Но это уже — другая история.


Итак, запланированное на 24 октября 1990 г. испытание проведено. События стали сменять друг друга с возрастающей скоростью. Вкратце о них.

На второй день после взрыва на полигоне побывали журналисты и ученые, представлявшие северные регионы страны.  В 30 м от штольни уровень радиации не превышал 25 микрорентген/час, что было зафиксировано несколькими (в том числе – привезенными с материка) приборами и задокументировано. На пятый день корреспонденты центральных газет смогли подойти непосредственно к устью штольни. Но и это посещение не сняло напряженности вокруг полигона.

29 октября 1990 г. Президиум ВС РСФСР и СМ РСФСР выступили с заявлением «О проведении испытаний ядерного оружия на полигоне Новая Земля». Приведем текст этого документа полностью:

«24 октября с.г. в нарушение Декларации о Государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики был произведен подземный ядерный взрыв в районе о-вов Новая Земля. Это очередное испытание ядерного оружия не было согласовано с ВС РСФСР, СМ РСФСР и местными органами власти.

Верховный Совет и Правительство РСФСР считают подобное положение недопустимым, выражают решительный протест и требуют впредь безусловного соблюдения Декларации о Государственном суверенитете РСФСР во всех ее аспектах.

Президиум ВС РСФСР и СМ РСФСР обращаются к Президенту СССР, ВС СССР с предложением безотлагательно определить условия и порядок взаимодействия в подготовке, реализации и контроле выполнения решений в сфере обороны и безопасности страны.

Президиум Верховного Совета РСФСР   Совет Министров РСФСР 29.10.90″.

31 октября 1990 г. Верховным Советом СССР  было издано уже Постановление     №1766-1 «О ситуации, сложившейся в связи с проведением 24 октября 1990 г. подземного ядерного взрыва на Новой Земле», имевшее по существу ту же направленность, что и вышеупомянутое заявление.

Сейчас трудно представить, что гарант безопасности страны и стратегической стабильности в мире – отечественный ядерный оружейный комплекс, за создание которого народ заплатил неслыханную цену, вдруг будет позволено отдать на растерзание нечистоплотным дельцам от политики, случайным лицам, пренебрегающим интересами страны и готовым угодничать перед Западом ради завоевания дешевой популярности и достижения своих узкокорыстных целей. Люди нахлебались безответственного популизма и дорого за него заплатили: громадными материальными потерями от недостроенных АЭС, торможением развития (а где-то и развалом) наукоемких отраслей промышленности, вооруженных сил, позорным обвалом уровня жизни, искалеченными судьбами, разрывом связи поколений, разделением народов, потерей самоуважения и многим другим. Теперь уже многие, а не только один М.А. Булгаков, понимают, что разруха начинается в головах.

Были тогда среди активных участников разрушения страны и добросовестно заблуждавшиеся (которые сейчас массово заявляют о разочаровании в прежних идеалах), и откровенные агенты влияния. Прокатившаяся по планете волна «цветных» революций с их известными закономерными негативными последствиями показала заблуждавшимся, что жить надо своим умом. Надо полагать, что и представители братских республик, остервенело набрасывавшиеся на В.Н. Михайлова на упомянутом заседании ВС СССР, уже не так позитивно оценивают успехи своей малой родины на проложенном ими пути, как им грезилось тогда.

По иронии судьбы, в силу закономерно сложившихся обстоятельств, хозяева агентов влияния — те же заморские силы, которые много лет работают над развалом государственности в чужих странах, добрались, наконец, до своей. Иного способа сохранить свое влияние у них, похоже, нет, как, впрочем, не было и раньше. А методы все те же – полный аморальный и криминальный набор: ложь, обман, клевета, подкуп, шантаж, разврат, оболванивание и одурачивание доверчивых граждан, дешевый популизм с опорой на низменные инстинкты, организация массовых кампаний по оболганию и запугиванию, дезинформации, провокации, раздувание вражды различной этиологии, устройство массовых беспорядков, выращивание и поощрение терроризма и пр., и пр.

И ещё об одном. 26 сентября 1996 г. Россией подписан Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), а  27 мая 2000 г. ратифицирован. США не ратифицировали ДВЗЯИ до сих пор, несмотря на бурную риторику с их стороны в пользу его заключения. Более того, в начале 2018 года США официально заявили («Обзор ядерной политики США»), что вообще не собираются его ратифицировать.

Формально не вступив в силу, ДВЗЯИ (точнее мораторий на ядерные испытания)  соблюдается всеми его участниками. По сути, договор  в значительной мере перенес существовавшую напряженность из политической сферы в научно-техническую. Новые разработки в его условиях затруднены, но затруднено также и обеспечение надежности и совершенствование эксплуатационной безопасности боеприпасов на основе воспроизводства ранее испытанных образцов – с учетом многочисленных объективно существующих дестабилизирующих факторов (старение, дрейф материалов и технологий и др.). Незапрещенные в условиях ДВЗЯИ методы опосредованного контроля по своей информативности, а главное – по достоверности заключения о работоспособности конструкции в целом неизбежно уступают полномасштабному натурному эксперименту. Для реализации этих методов, а в особенности – для их совершенствования в целях уменьшения указанного разрыва требуется непрерывное выполнение большого объема работ. При этом вопрос о достаточности применяемых методов контроля на данный конкретный момент всегда остается актуальным и с повестки дня не снимается.

Договором  ДВЗЯИ предусмотрено право Российской Федерации в порядке осуществления своего государственного суверенитета выйти из Договора при связанных с содержанием Договора исключительных обстоятельствах, ставящих под угрозу высшие интересы страны. Федеральным законом «О ратификации Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний» от 27.05.2000 г. № 72-ФЗ установлен порядок действий Президента РФ и Федерального Собрания РФ в такой ситуации. Закон, наряду с прочим, предусматривает: поддержание базового потенциала для возможного возобновления испытательной ядерной деятельности в случае выхода Российской Федерации из Договора; поддержание в готовности к полномасштабным испытаниям Центрального полигона Российской Федерации (на Новой Земле) и адаптацию его к проведению не запрещенных Договором работ по ядерным зарядам и боеприпасам. Правительство РФ представляет Президенту РФ ежегодный доклад о состоянии надежности и безопасности ядерного боезапаса и возможностях Российской Федерации по воспроизводству ядерных боеприпасов без проведения полномасштабных ядерных испытаний. Палаты Федерального Собрания Российской Федерации рассматривают ежегодную информацию Правительства Российской Федерации по этому вопросу и принимают соответствующие решения.

30 лет полигон не проводит ядерных испытаний, их заменили неядерно-взрывные эксперименты. Но надо держать порох сухим! 90-е годы показали, что потеря работоспособности коллективов в отсутствие практической деятельности происходит очень быстро. Поэтому внимание к поддержанию готовности должно быть постоянным.

Надежность испытательного комплекса должна быть по меньшей мере сопоставима с надежностью испытуемых изделий (а она, как мы знаем, очень высока – разумеется, при выполнении необходимых мероприятий). Необходимый запас прочности в технике, в методике, в организации работ, в коллективах, продемонстрированный в 1990 году всей испытательной организацией в масштабе страны, создается не сразу, не вдруг, а только в процессе постоянной практической деятельности, тренировок. Над этим надо работать.


А между тем, люди на Новой Земле продолжают жить и трудиться. По-прежнему ловится голец, стадами бродят олени, цветет летом тундра, не умолкают птичьи базары. Несмотря на бесконечные апокалиптические прогнозы желтых СМИ, ничто здесь не гибнет и не исчезает. Новая Земля — это не только ядерный полигон, но и форпост нашей страны с арктического направления. Здесь дислоцируются части ПВО, прикрывающие воздушные рубежи России  с севера, сохраняется база маневренного базирования Северного флота. Центральный полигон был и остается национальной гордостью России. Гордостью, безусловно, являются люди: офицеры и солдаты, учёные и специалисты ядерных лабораторий, шахтёры, испытатели, чей самоотверженный труд и ответственность, сознание сопричастности к обеспечению безопасности страны и позволяли испытывать ядерное оружие в труднейших условиях, порой на пределе человеческих возможностей.


Авторы выражают глубокую признательность генерал-майору в отставке Колтунову Виктору Стефановичу за оказанную им помощь в подготовке материала.

Литература

1. Ядерные испытания СССР. Кол. авторов под ред. В.Н.Михайлова. – М., ИздАТ, 1997, 304 с.

2. Михайлов В.Н. Выступление 29.10.90 г. на заседании ВС СССР по вопросу о подземном ЯВ в штольне А-13Н 24.10.90 г. – стенограмма, изд. ВС СССР, 1990 г.

3. Ядерные испытания. Книга 1, том 1. Ядерные испытания в Арктике. Научно-публицистическая монография (в двух томах). Издательство «Картуш», 2006 г.

4. Ядерные испытания. Книга 1, том 2. Ядерные испытания в Арктике. Научно-публицистическая монография (в двух томах). Издательство «Картуш», 2006 г.

5. Закон СССР от 09.04.1990 г. № 1417-1 «Об общих началах местного самоуправления и местного хозяйства в СССР».

6. Северный испытательный полигон. Справочная информация. Кол. авторов под редакцией В.Н. Михайлова. СПб, издание 2, 1999 г. 163 с. ил.28.

7. Михайлов В.Н. Я – «ястреб»: Воспоминания, публикации., интервью 1988-2007 годы.– 4-е изд, расш. и доп. – Москва; Саров; Саранск, 2008 г. – 480 с.: фот.

8.  Ядерные взрывы в СССР и их влияние на здоровье населения Российской Федерации./ Кол. авторов под рук. В.А. Логачева- М. ИзДАТ. 2008,- 470 с.; ил.

9. Ядерные испытания СССР. Новоземельский полигон: обеспечение общей и радиационной безопасности ядерных испытаний/ Кол. авторов. – М.: ИздАТ, 2000. – 487 с., ил.

15-я годовщина МОО МСН. Памятные даты- события ЦП РФ Новая земля 2020 год

Прошедший 2020 год для Новоземельцев связан со знаменательными датами и событиями, которые касаются их и ядерного полигона на островах Новая Земля. Прожившие или прослужившие на этих островах люди обязательно вспомнят.

Каждый пройденный здесь сантиметр стоит метра, что каждый миг круглый год ими велась борьба  за выживание, свое существование с погодой, природой, а иногда и с белыми медведями.

 

Острова Новой Земли с границами ЦП РФ

 

 

 

 

 

 

20.07.1870 года (150 лет) — в этот день русские военные корабли корвет «Варяг», клипер «Жемчуг», впервые прибыли в район Новой Земли, встали на якорь, экипажам разрешили  сойти на берег и посетить Малые Кармакулы и Костин Шар.

 

 

Русский корвет «Варяг»

 

 

Русский клипер «Жемчуг»

 

 

 

23 .07. 1935 года (85 лет) – в этот день дизельные подводные Военно-морского флота СССР типа «Декабрист» впервые прибыли в район Новой Земли, вошли в пролив Маточкин Шар, совершив проход через пролив вышли в Баренцево море.

 

Подводная лодка «Д-1» (Декабрист)

 

 

21.09.1955 год (65 лет) – в этот день впервые на построенном, в короткие сроки  полигоне на Новой Земле, состоялось испытание ядерного заряда под водой на глубине 12.0 метров в губе Черная в интересах ВМФ.

 

Опускаемый ядерный заряд в корпусе торпеды

 

 

 

 

Первый подводный ядерный взрыв в губе Черная

 

 

24.10.1990 года (30 лет) – в этот день в подземной штольне А-13Н Центрального ядерного полигона, проведено последнее подземное испытание ядерного оружия. Всего за время испытаний, проведено — 715 ядерных взрывов (34,8% от мирового), взорвано — 969 ядерных зарядов, в том числе — 559 взрывов в военных целях, из них — 496 — подземных, 31- наземных, 175 — воздушных, 5-подводных и надводных, 4 – космических, 1- высотный.

 

Вид штольни для проведения подземных ядерных взрывов

 

29.12.1995 года (25 лет) — в этот день на Центральном ядерном полигоне Новой Земли проведен первый, после ядерных испытаний, неядерный взрывной эксперимент.

 

Первый министр по атомной энергии России, академик РАН В.Н. Михайлов

 

15 лет назад (17.12.2005 года) — на Учредительной Конференции в Горках Рогачевских, Московской области создана Межрегиональная общественная организация, «Московский союз новоземельцев» (МОО МСН).

Учредители, созданной   МОО МСН

Михайлов Виктор Никитович,  Боярский Петр Владимирович, Золотухин Геннадий Евпатьевич, Скриган Михаил Иванович, Мулов Владимир Николаевич, Химичук Николай Васильевич, Молодняков Сергей Александрович, Лепский Валерий Иванович,  Жиляев Виктор Петрович, Ярыгин Виктор Степанович.

 

Вице-адмирал Г. Е. Золотухин, ветеран ВМФ, подразделения особого риска, атомной отрасли. Почетный гражданин Новой Земли

 

 

 

Капитан 1 ранга В.И. Лепский, ветеран ВМФ, подразделения особого риска, почетный гражданин Новой Земли

 

 

 

 

Капитан 1 ранга Н.В. Химичук, ветеран ВМФ, подразделения особого риска почетный гражданин Новой Земли

 

 

 

Члены первого Правления МОО МСН:

Ярыгин Виктор Степанович — председатель МСН;

Скриган Михаил Иванович — первый заместитель председателя МСН;

Молодняков Сергей Александрович — заместитель председателя МСН, секретарь правления;

Химичук Николай Васильевич — член правления, генеральный директор исполнительной дирекции МСН;

Лепский Валерий Иванович — член правления МСН по связи со средствами массовой информации;

Боярский Петр Владимирович — член правления МСН по организации издательской деятельности;

Думик Владимир Петрович — член правления МСН по электронному обеспечению и связям;

Сафронов Владимир Германович — член правления МСН по связи с другими организациями.

 

 

Инициативная группа, после Учредительной конференции

 Справа налево: Н. Шестопалов, В. Ярыгин, Н. Химичук, Г. Сафронов, А. Соломонов, Н. А. Андрейко, А. Кадацкий, М. Акименко, С. Стовбчатый, А. Талалыкин, П. Попов, М. Скриган, В. Думик